Вряд ли Катя здесь так уж часто перекочевывает по необходимости.
— Обмойтесь сначала, — говорит брюнетка в прихожей, скидывая туфли. — А я вам пока постелю.
Тоже снимаю обувь и, всунув ноги в тапочки для гостей, иду в ванную. Путь лежит мимо единственной комнаты.
«А кровать-то одна, — замечаю равнодушно. — Ну вот и настал твой день стать мужчиной, Фалгор. Повторно».
Под душем беру первый попавшийся гель и намыливаюсь. В середине процесса створки душевой кабины распахиваются, и передо мной предстает Катя в коротком халатике. Пояс расслаблен, плечи и верх груди оголены. В разрезе соблазнительно сверкает нежная кожа бедер.
— Мой господин, — ее пальцы скользят по моей груди вниз. О, это обжигающее первое касание женских рук! Я будто снова на Валиноре со своей первой женщиной. — Позвольте?
Но я отступаю назад, так что струи воды падают мне на плечи. Катя обиженно округляет глаза:
— Господин? Почему…?
— Вот так значит ты о заботишься о том, чтобы твой господин выспался? — хитро смотрю на переживающую брюнетку."
"Но Катя оказывается не так проста. Ее растерянный взгляд падает на низ моего живота, и сразу же женщина наполняется уверенностью. Карие глаза вспыхивают лукавством.
— Я просто подумала, что вам в первую очередь нужно разрядиться, — мурлычет, кивнув на мой напряженный кол. — Иначе не уснете.
Да уж, тут боевая тревога объявлена уже как минуту, наверное, а я корчу из себя холодного господина. Ну не Маска я. Не Маска.
И все же напоследок сбиваю спесь брюнетки:
— Плохо подумала, — качаю головой, и Катя опять пугается. — Ты тоже с дороги. Сначала обмойся, женщина.
Подхватив ее за талию, утаскиваю к себе под теплые струи. С удивленным писком женщина прижимается ко мне, пока я, не теряя времени, сдираю с нее халатик. А следом кружевные трусики под ним. К болотопсам эротичное раздевание. Уже грянул рассвет, а хочется еще выспаться.
Но не судьба. Час спустя мы все еще бодрствуем.
— Ах, господин, Свароже, давно пора уже спать, — стонет Катя, лежа поверх одеяла в спальне. — У вас же княгиня сегодня…
— Это твоя вина, — хватаю ее за соблазнительные формы. — Не нужно было будить вулкан.
— Простите… господин… я была глупа, — выдыхает Катя мне в губы. Ее сердце так бешено бьется, что я удивляюсь, как она успевает дышать.
— А теперь ты будешь наказана, — мой поцелуй сминает ее губы. Ладонью давлю ей на затылок. Но она и не думает отстраняться. Наоборот, задохнувшись, изо всех сил вцепляется мне в плечи. Словно боится, что я остановлюсь.
— Господин, ах, только не убейте, — просит она между стонами.
* * *К одиннадцати в галерею, конечно, успел. Вместе с Демьяном и двумя «монтажниками», роль которых будут выполнять безопасники завода. Катю не стал брать, незачем. Зато с нами приходит двое журналистов из местной газеты.