— Однокрылая Феникс воскресла! Серана с облегчением выкрикнула, её полумолчаливая улыбка расцвела на гладкой поверхности брони. В свете разрушенных бастионов горели золотистые волосы, и в голубых глазах слезинки отражались огненные тени.
Сейчас же их гораздо больше.
— Больше? О чем ты? Я не понимаю, — голос ее дрожит.
— Хочу признаться тебе, Лесь, — наклоняюсь к ней так, что дыхание у обоих ускоряется. Чувствую, как в груди поднимается настоящий шторм. Фалгор ведь тоже не железный. — Я собираюсь стать чемпионом Империи. Это моя мечта.
Она округляет глаза.
— По Грону? Но зачем?
— Потому что могу, — улыбаюсь. — Потому что я лучший и хочу, чтобы все это знали, — машу конвертом. — А что насчет тебя, Лесь? Ты ведь тоже играешь в Грон. Хочешь поступить в Москву вместе со мной? Вместе со мной играть в одной ватаге, и вместе со мной же стать чемпионами Империи?
Барышня зависает в раздумьях.
— Да, хочу! — решительно кивает. — Хочу всем показать, какие мы классные, Сень!
Я протягиваю ей конверт.
— Тогда подумай еще раз. Выиграть имперские матчи ты сможешь только со мной. Узы товарищей крепки, но и их можно легко разрушить. Любая обида, любое необдуманное слово разрушает дружбу.
Она неуверенно берет клочок бумаги. Мнет его пальцами.
— То есть, ты бы отказал? — Алеся смотрит на меня в упор, смаргивая слезы.
Вот как раз об этом и говорю. Об обиде.
— Я не буду отвечать, — качаю головой. — Если ты все-таки решишь, что тебе нужен ответ, отдай снова конверт. И я отвечу. Но в тогда какая речь может идти о чемпионстве? А, Лесь? — она молчит, я протягиваю раскрытую ладонь. — Вместе в чемпионы?
Алеся сжимает мою руку.
— Вместе, — отзывается и пытается улыбнуться. Но не получилось, она просто-напросто расплакалась.
— Молодец, Лесь, — одной рукой обнимаю девушку за плечо.
Улыбка всё же проступает сквозь слезы на ее мордашке.
— Сень, ты даже в любви отказываешь как-то, правильно что ли, — говорит она. — И сердечку почти не больно.
Опыт, едва не брякаю. Но вовремя прикусываю язык. От такого она может и в челюсть заехать.
— Просто рано об этом думать, — оглаживаю девушку по шелковистым волосам. Она подается навстречу моим касаниям. — Вот станем чемпионами, в тот же день я тебе сам такой же конверт принесу.
Она удивленно оглядывается.
— Обещаешь?
— Обещаю, — серьезно говорю. Почему бы нет? Если девушка пройдет со мной бок о бок все бои за чемпионский кубок, она достойна не то, что признания в любви — обручального кольца.
— Тогда ладно, — успокаивается она и опускает голову на мое плечо. — Тогда подожду.
Вызываюсь проводить барышню до ее комнаты. На прощание у двери еще раз обнимаемся. На этом, считай, отбился.
