— Однокрылая Феникс воскресла! Серана с облегчением выкрикнула, её полумолчаливая улыбка расцвела на гладкой поверхности брони. В свете разрушенных бастионов горели золотистые волосы, и в голубых глазах слезинки отражались огненные тени.
Я снова вбиваю говнюка лицом в доски. Ничего, не помрет. Силенок в, теперь уже моей, тощей ноге на мизинец прежнего тела. Бью, бью, пока ушлепок не теряет сознание."
"Господин Разбитый нос смотрит на меня с суеверным ужасом. Кровь перестала идти, и он смог опустить голову.
— Т-ты… как ты его уложил?
— Ах да, спасибо, что напомнил о себе, — благодарно улыбаюсь. — Ведь главного засранца я еще не наказал.
До него не сразу доходит. Первой же реакцией оказывается сбежать. Ноги резко дернулись назад, но парень сам себя обматерил за минутную слабость.
— Передумал драпать? — снова переношу тяжесть тела на здоровую ногу.
— Еще от калеки я не бегал, — презрительно сплевывает и бросается вперед.
Я завис в положении цапли, поэтому уклониться не вариант. Только долбануть костылем от души. Что и делаю.
Бах!
— А-а-а-а! — плечо паренька смещается в сторону. Как есть, сломал. Хм, странно.
Держась за поврежденную конечность, с истошным ором парень ползает по настилу. А я задумчиво усаживаюсь на спину слуги, давая отдохнуть покалеченной ноге.
Чувствую, как внутри меня пульсируют девять точек. Три на голове, шесть на туловище. Что это за болотопсы еще? Какие-то чакры?
«Колодцы — подсказывает память реципиента.
Всё интереснее и интереснее. Ладно, оставим местную энергию пока в покое. Ясно, что я в другом теле на примитивной планете. К тому же, варварской, раз здесь избивают детей-инвалидов. Жар-эфир практически не ощущается, словно планету отделили куполом от остального космоса. Значит, через Анреалиум мне не позвать помощь из дома. Чтобы открыть Океан душ, нужно улететь с планеты на космическом корабле. Либо разбить купол. Уверен, и для первого, и для второго необходимо возвыситься над большинством местных жителей.
А как я здесь оказался, раз жар-эфира почти нет? Искажение Анреалиума? Ловушка проклятого Бемижара? Проделки Богов Хаоса? Одни догадки, в общем.
— Барин, — окликает меня с берега полуседой мужчина в куртке. Он запыхался, явно бежал.
Тимофей, вспоминаю я слугу рода Беркутовых. Своего слугу. Наконец-то меня заберут отсюда.
