В далеких заснеженных горах грифон вновь появляется, пробуждая древние мифы и вызывая к жизни саму Василису. Каким-то непостижным образом мужество и любовь позволяют герою противостоять всемирному убийству, держа на себе бремя всей страны.
Полковник внимательно слушал, иногда перебивал вопросами, которые ставили меня в тупик, например, сколько стоит проезд на такси или что нарисовано на десятитысячной бумажке. Честно, никогда не задумывался — что там нарисовано. Плевать мне на это с высокой башни. Зеленая, написано «Десять тысяч рублей», и все тут. Расспросил полковник и о политическом устройстве мира, страны — слушал, потупив голову, — здесь он вопросов почти не задавал. Затем перешел к нашим способностям. Тут уже требовалось другое помещение, о чем я ему и сообщил.
— Зачем? — не понял он.
— А чтобы ненароком ваш кабинет не разнести.
— Что, так серьезно? — поднял он левую бровь.
— Да, именно так и серьезно, — повторил я, стараясь, чтобы лицо мое выражало лишь деловитость и правдивость в высшем ее проявлении. Представление, конечно, я мог бы устроить и здесь. Только вот зачем?"
"Длинный коридор, с лампами дневного света на потолке, ряды дверей по бокам, из которых изредка выглядывают любопытные лица людей в белых халатах и тут же прячутся, видя недовольное лицо полковника.
Несмотря на свою тщедушную внешность, похоже, что он тут является непререкаемым авторитетом. Боятся его. Есть в нем что-то такое… жесткое, стальное — не человек, а робот.
Коридор закончился лестницей, ведущей куда-то вниз, в подвал. Полковник толкает тяжелую стальную дверь, мы, не задавая лишних вопросов, шагаем за ним. Один пролет, другой, третий — глубоко засунули испытательную лабораторию — если это она.
Внизу — такой же коридор, длинный, теряющийся за поворотом.
Закончился наш путь (как-то гадко — закончился путь! В последний путь… тьфу-тьфу!) в большой комнате с металлическими стенами. Застекленные кабинки с торца комнаты. При ближайшем рассмотрении оказалось, что это самое «стекло» имеет толщину не менее двадцати сантиметров! Я такое толстое стекло никогда не видал.
Пол металлический, по бокам комнаты что-то вроде стоков, канавок. Брррр… как похоже на газовые камеры в фашистском концлагере! Я никогда их не видел, но представлял себе, что они так и должны выглядеть.
