На пустынном ночном шоссе случайная встреча меняет судьбы двоих. Спецназовец Скат спасает стриптизершу Виолетту от бандитов, оставляя три трупа. Но спасение оборачивается ловушкой: в расследование втягиваются криминальные авторитеты, полиция и сама свидетельница. Теперь герои должны выжить,...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Возвращение не гарантируется» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
На пустынном ночном шоссе случайная встреча меняет судьбы двоих. Спецназовец Скат спасает стриптизершу Виолетту от бандитов, оставляя три трупа. Но спасение оборачивается ловушкой: в расследование втягиваются криминальные авторитеты, полиция и сама свидетельница. Теперь герои должны выжить,...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Данил Аркадьевич Корецкий Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
На пустынном ночном шоссе случайная встреча меняет судьбы двоих. Спецназовец Скат спасает стриптизершу Виолетту от бандитов, оставляя три трупа. Но спасение оборачивается ловушкой: в расследование втягиваются криминальные авторитеты, полиция и сама свидетельница. Теперь герои должны выжить,...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Оранжевая гусеница или червяк, круглая пасть с зубами по окружности, водится в районе объекта поиска, убивает на расстоянии, — перечислил он. — Сангхур называется. Помните инструктаж? А я добавлю, что он еще и довольно быстрый!
Слон бросил на него недовольный взгляд, но ничего не сказал. А остальные призадумались. Похоже, сангхур перестал быть персонажем досужих баек и приобретал вполне реальные очертания… Больше того, стало ясно, почему они прошли лишний километр: командир не хотел оставаться у недоеденной туши, значит, ожидал, что монстр может вернуться…
— Во всяком случае, он помог нам без единого выстрела получить хорошую порцию мяса, — нарушил тишину Звезда. — А если и дальше будет о нас заботиться, то я не возражаю.
— Смотри, как бы нам не пришлось о нем позаботиться, — предостерег Скат.
— Думаю, и у нас это получится! Только я этого сангхура есть не буду…
* * *А в Москве следователь Павел Егорович Колтунов, пообедав в столовой управления, где кормили очень даже прилично и никто не обсуждал, будет он при случае есть сангхура или не будет, да и вообще никто здесь не знал, что такое сангхур, — так вот, сытый Паша заканчивал вычерчивать схему расследования. Эта был не жидкий, бесполезный чертежик, которые никогда не составляют в реальной жизни, но часто показывают в кино, чтобы якобы эту реальную жизнь воспроизвести: посередине, в кружочке, труп, изображенный в реалистической манере: «ручки, ножки, огуречик — вот и вышел человечек»; от него ежиными иголками отходят стрелочки к двум-трем кружкам, обозначающим тех, кто вроде бы мог дать повод к изначальному художественному изображению, вокруг которого и завертелась вся следственная канитель. Хотя в подобных случаях никакие кружочки и стрелочки вообще не нужны. Паша уже достаточно проработал, чтобы понять: подозреваемый — это всегда тот, кто нашел труп. А если убит муж или жена, то на первом месте под подозрением оказывается выживший супруг. Ну и так далее, по соответствующим алгоритмам. Честно говоря, в обычных делах графические планы вообще не нужны — это просто понты.
Но то, что нарисовал Колтунов, простыми понтами не назовешь. Это был большой, в буквальном смысле слова, и сложный труд — ему пришлось склеить четыре листа формата А4, чтобы плоды его аналитических способностей могли свободно разместиться, при этом канцелярским клеем был запачкан костюм, на что он, в запале, даже не обратил внимания. Зато в результате на свет появилась не просто схема, а схемища, вся испещренная запутанными сплошными и пунктирными линиями и многочисленными пометками. Она отражала систему взаимосвязей фигурантов убийств и потерпевших, которые, не исключено, сами превращались из активных деятелей в пассивные хладные трупы.
