В черной сцене ментальной войны, его собеседник замечает необычную остроту момента. Величество уже отстранило допрос до самой встречи, но он не мог стерпеть этого риска. Теперь же Латкари готовится к новому расследованию, и снова он встает на пути сомнительных провалов. Его жизнь – это удел безусловной преданности и постоянного обучения противникам будущих угроз....
Этой твоей потерей я разочарован больше всего. Твое детище уникально, ученик. И он хорошо послужит нам. Верни его. А следом верни и мое самое любимое творение… Возьми.
Еще одна сфера с гулким рокотом подкатилась к лорду, и цветом она в точности повторяла цвет одеяния Пробудившегося — багрово-красный с огненными сполохами на матовом стекле.
На этот раз старый лорд вглядывался в сферу гораздо дольше, а когда перевел взгляд на скрытое капюшоном лицо Первого Раатхи, то благоговейно прошептал:
— Риз Ван Гросс… Риз Мертвящий…
Глава седьмая
Возвращение домой
Как ни удивительно, но ни одна из двух моих карт не подвела.
Что толку с судоходной реки, если она скована толстым слоем льда?
Впрочем, надежда умирает последней — очень уж сильно я хотел как можно дольше не сходить с относительно безопасного судна. Потому и решили добраться и убедиться в этом своими глазами.
Мрачно полюбовавшись на забранное неприступной ледяной броней устье реки, я вновь уставился на карту и после короткой, но оживленной дискуссии с Рикаром, мы определили дальнейший маршрут.
Еще через пять дней мы оказались в нужной точке — отсюда наше поселение находилось точно на севере. И с этого места успевший стать родным корабль становился бесполезным."
"Под горестное причитание пиратов, не желавших оставлять корабль, мы споро перегрузили все содержимое трюма на берег, где разбили лагерь и принялись сооружать волокуши из жердей и парусины.
