В черной сцене ментальной войны, его собеседник замечает необычную остроту момента. Величество уже отстранило допрос до самой встречи, но он не мог стерпеть этого риска. Теперь же Латкари готовится к новому расследованию, и снова он встает на пути сомнительных провалов. Его жизнь – это удел безусловной преданности и постоянного обучения противникам будущих угроз....
А у нас каждый день ждешь, что нежить в дверь постучит…"
"— Хе! — хмыкнул здоровяк, видя, что я не намерен поддерживать начавшуюся беседу. — Это тебе только кажется так, по молодости да несмышлености. У нас куда как проще жить, баронесса. Пришел шурд — топором ему промеж ушей. Приполз мертвяк не упокоенный — и ему топором туда же. Прискакал паук костяной, скажем…
— Топором промеж ушей ему! — не сговариваясь, хором произнесли мы с Аллариссой, я невольно улыбнулся и добавил: — Только вот ушей у него нет.
— Вот-вот! И я туда клоню! Ну, или молитву прочесть, тоже неплохо действует! А тут звери посерьезней будут — те же сборщики податей.
— Угу, — хмыкнул я. — Думать не надо. Долбанул топором и проблемы нет.
— Верно, господин, — подхватил здоровяк и тут же сник. — Вот только топора теперича нету…
— Так! Рикар, ты долго еще будешь меня своим утерянным топором попрекать?!
— Да разве ж я попрекаю? Горюю я неутешно!
— А я что могу сделать? Предлагаешь назад в Твердыню вернуться да топор твой поискать? Те твари зубастые, что там обитают, нам с радостью помогут!
— Зачем возвращаться, господин Корис? Ни к чему это.
— Намек ясен, — чуть помолчав, ответил я и, покосившись на напряженно молчащего Рикара, буркнул: — Так и быть. Если найдем, то купим тебе топор. Только без позолоты на рукояти и драгоценных каменьев на обухе!
— Та на кой склирс мне каменья?! — воспрял духом Рикар.
Недвижно лежащий ниргал внезапно ожил, со скрипом сочленений приподнялся и, направив на меня темные прорези смотровых щелей шлема, поочередно ткнул пальцем в висящий на поясе меч, тощую сумку с арбалетными болтами и сам арбалет.
— А? Хочешь сказать, что и тебе оружие поменять и подремонтировать надо? — спросил я, и ниргал утвердительно ударил себя кулаком в грудь.
