Возвращение Павла Кулагина в Переславль после долгого отсутствия вызывает первые подозрения. Жизнь местных жителей мало изменилась за这一年, но прибыв на вокзале с утра как всегда, капитан обнаруживает странности — искорененные старые знаки городской гимназии, заброшенный рынок, будто поглощенный временем. Павел чувствует себя незнакомым в родном городе....
– А ну, боров, отстал от женщины! – прямо от порога выкрикнул Кулагин.
Это произошло неожиданно, и генерал отпустил дежурную, которая мгновенно скрылась в своей комнате отдыха.
– Капитан Кулагин? Оборзел? Совсем страх потерял? Ты как меня назвал? – возмутился генерал.
– Ступайте, товарищ генерал, проспитесь.
– Ты, щенок, мне еще указывать будешь?! А ну, пошел вон отсюда!
Павел, внутри которого все полыхало от ярости, все же стерпел и сказал довольно спокойно:
– Вообще-то я здесь живу.
– Отжился и отслужился. Я тебя из службы как санный матрас вышвырну.
– А не пошел бы ты на хер, чучело ряженое! – не выдержал Кулагин.
– Что?!!
Бараненко сделал глупость – он кинулся на боевого офицера. И получил встречный удар в челюсть, от которого вылетел в коридор.
– Уйди, клоун, не позорь погоны, – проходя мимо него, процедил Павел.
– Ну, сука, ты пожалеешь, что решил связаться со мной. Ой как пожалеешь!
Генерал еще что-то бормотал, но капитан уже не слышал, войдя к себе в номер.
– Да в курсе я, – покачал тот головой. – С утра достал этот Сева. Выслушал вчерашнюю историю, правда, в совершенно иной интерпретации.
– В смысле? – удивился Павел.
– А ты думал, он себя виноватым выставит?
– Кого же?
– Ты наивный или прикидываешься, конечно, тебя!
– Вот козел!
– Кто бы спорил. Так что получается, Паша, это ты пьяный приставал к Ольге Урановой, генерал пытался тебя урезонить, но ты его ударил. Кстати, он уже в полковом медпункте взял справку о повреждении лица, видно, хорошо ты его хлестанул.
– Да какой там, товарищ полковник, если бы хорошо, то его в госпиталь с переломанной челюстью еще ночью увезли бы.
– Короче, Паша, попал ты. Жди подарков, Бараненко не из тех, кто пропускает такое.
– А мне плевать!"
"Кулагину действительно тогда было плевать на Бараненко. Ну и что, что снял генерал побои? И не побои, а синяк может быть, мало ли обо что по пьянке ударился? Их контакт никто не видел. Значит, и слова генерала ни подтвердить, ни опровергнуть никто не сможет.
