Возвращение Павла Кулагина в Переславль после долгого отсутствия вызывает первые подозрения. Жизнь местных жителей мало изменилась за这一年, но прибыв на вокзале с утра как всегда, капитан обнаруживает странности — искорененные старые знаки городской гимназии, заброшенный рынок, будто поглощенный временем. Павел чувствует себя незнакомым в родном городе....
– Нет, Паш, это не машина, но… как говорится, каждому свое. Возможно, скоро ты сменишь тачку.
– Знаешь о продаже гаража?
– Какого гаража? – поднял на него удивленные глаза Пузырев.
– Не знаешь. Ну, и ладно. С чем приехал? Неужели работу подобрал?
– Угадал.
– Тогда поставь свой внедорожник на площадку за будкой, и пойдем ко мне, поговорим.
– Он и здесь никому не помешает, – ответил Пузырев и, поставив «Тойоту» на сигнализацию, добавил: – Ну, что ж, пойдем. Кофе угостишь?
– У меня растворимый.
– Ничего, и растворимый пойдет.
Бывшие одноклассники поднялись на второй этаж.
Пузырев прошелся по квартире, пока Кулагин делал кофе. Войдя на кухню, проговорил:
– Да, не апартаменты.
– Что имеем.
– Не ценит Родина своих героев. Ты на службе молодость отдал, а имеешь что? Вот это?
– У тебя, наверное, особняк?
– Ну, особняк не особняк, но коттедж в спальном районе, в микрорайоне Северном, двести шестьдесят квадратов.
– И бассейны есть?
– Нет, не стал бассейны делать, возни с ними в обслуживании много, сауну организовал, с небольшим водоемом рядом.
– Молодец, нечего сказать.
– Главное, Паша, оказаться в нужное время в нужном месте.
– Это точно. Ты оказался, я нет. Каждому свое. Пей кофе.
– А ты пока блокнот с ручкой приготовь, пригодится.
Пока Пузырев пил кофе, Павел принес старый ежедневник, еще со школьных времен, и ручку, которая, пролежав в секретере не меньше пяти лет, как ни странно, находилась в рабочем состоянии.
– Короче, так, Паша, есть одна работенка, – начал Пузырев. – Сезонная, но сезон может продлиться на неопределенное время.
– А если перевести сказанное на русский язык?
– У меня водила одного депутата областной Думы постоянно масло берет для своей тачки. Так вот заезжал он ко мне вчера, я поинтересовался, как Владимир Сергеевич поживает. Это депутат, значит. Юрик, водила, ответил, а как он может поживать, если «бабок» немерено имеет? Отлично поживает. Я спросил, признаюсь, так, между прочим, нет ли у господина Старикова работенки какой?
– А Стариков это кто?
– Да депутат тот же, Стариков Владимир Сергеевич.
– У него бизнес есть?
– Хрен его знает, что у Старикова есть, но денег много. Такое поместье себе отгрохал у деревни Светлое. Помнишь, мы туда на озеро ездили? Вот у него особняк квадратов в пятьсот, с башнями, колоннами.
– Давай к теме, Валер!
– Ну, значит, спросил я, а Юрик и говорит, нужен вроде человек на сезонную работу в это самое поместье. До ноября. А что, есть кандидат?
– Есть, – ответил я и рассказал о тебе.
