И в этой непроглядной черноте глаза Алайи пылали, как два уголька, полные предвкушения и неумолимого обещания расплаты…
Богиня прикрыла глаза, наслаждаясь моментом триумфа. А Гармонисса бесшумно выскользнула прочь, ощущая, как в душе разгорается пламя зависти и алчности.
Алайя так уверена в своей безграничной власти, так слепа в своей ненависти к вору… Она даже не подозревает, что под самым её носом зреют свежеиспеченные хитросплетения…
Кстати о выпечке… Гармонисса как раз недавно раздобыла новый превосходный рецепт по приготовлению душек! Надо обязательно его испробовать!
«Спи спокойно, моя королева», — мысленно усмехнулась паучиха, растворяясь в тенях, — «Наслаждайся мнимым превосходством. Но несмотря на всю твою силу, я вижу в тебе слабость… а слабый должен быть пожран… так гласит закон».
В голове паучихи роились вопросы. Кто был тот таинственный бог? Какие секреты хранила Книга Судьбы? И почему Алайя так неохотно говорила о ней?
«Надо будет порасспросить кое-кого из старых приятелей», — подумала Гармонисса, бесшумно скользя по потолку Вечной Галереи, — «А может быть и потолковать с тем дерзким смертным… Если, конечно, он переживет гнев Госпожи».
Она не собиралась упускать такую возможность. В конце концов, знание — это сила. А в игре, которую вела паучиха, сила значила очень многое. Возможно, даже больше, чем преданность нынешней госпоже…
«Интересно, за этим смертным и правда кто-то стоит? Или он все-таки действует сам по себе? Может быть, он заполучил часть записей того бога, друга Госпожи?»
В отличии от госпожи, Гармонисса не недооценивала смертных. Она знала, что слабенький смертный, проявив смекалку и смелость, вполне способен обыграть даже бога. И если вор сам из таких счастливчиков… о-о-о… с ним точно стоит познакомиться поближе.
Тихо прикрыв за собой дверь своей личной кухни, Гармонисса принялась за выпечку. Ее паучьи лапки мельтешили, хватая мешочки с порошком из душ и прочие важные компоненты. У нее было слишком много дел. И слишком мало времени, чтобы сплести паутину, способную поймать в ловушку не только глупого смертного вора, но и одну слишком самоуверенную богиню.
«Спи, Госпожа», — мысленно усмехнулась паучиха, — «Спи и ни о чем не беспокойся. Я обо всем позабочусь…»
Тяжелая дубовая дверь со скрипом отворилась, и мы с Настей спустились по каменным ступеням вниз, в подвальную лабораторию нашего особняка. Створки разошлись в стороны, открывая взору причудливое скопление колб, реторт и алхимических приборов на длинных столах.
