Томас, окруженный с десятком монахов, не мог пробиться на помощь, их отделила целая стена тел, вся из костяной брони. Под ударами тяжелых дубин справа и слева жутко трещало, Томас хрипел и задыхался, от монастыря их медленно теснили, а десятка три чудовищ с ревом и рыком бросились по ступенькам в уже выбитые двери.
Олег сбежал по лестнице, внизу слышен победный рык ощутивших добычу тварей, в нижнем зале монахи отбиваются уже с трудом, слишком ошеломленные, что в их доселе несокрушимую твердыню ворвался враг.
Монахи сразу ощутили мощь новичка, он с легкостью подхватил палицу из рук упавшего великана брата Гелана, под его ударами кости чужаков затрещали, как сухой хворост. Звери выли, корчились, отступали с перебитыми лапами, другие вообще тяжело рушились на пол с расколотыми головами.
– С Божьей помощью, – выкрикнул кто-то обрадованно, – мы их не допустим…
Однако отступили под звериным натиском. Дубина Олега крушила черепа, чудовищ осталось меньше, но в распахнутые двери вдвинулись новые, еще мощнее пахнуло лютой стужей.
Сверху донесся шум схватки, прорезался отчаянный вопль:
Кто-то закричал еще отчаяннее:
– Спасайте брата Септимия!.. Брата Септимия!
И еще несколько голосов со всех сторон:
– Не допустить в его келью!..
Олег начал оглядываться, чтобы не зашли со спины, монахи тут же попятились под новым натиском. Он скривился, слишком охотно люди признают над собой руководство, а он давно перерос тот возраст, когда нравится командовать.
К нему доковылял грузный монах, кровью залито все лицо, одна рука бессильно висит вдоль тела, в другой дубина едва ли меньше, чем у Олега.
– Отходите наверх!.. – прохрипел он. – Только не допустите к брату Септимию! Только не допустите…
Сверху спустился настоятель, на нем поблескивают, обрызганные святой водой, толстые латы из двойной кожи, на голове – простой шлем, а в руке дубина.
Он сразу вскрикнул гулко:
– Надо сейчас же к брату Септимию!..
Олег огрызнулся раздраженно:
– Здесь вон пятеро монахов полегли, защищая лестницу… а что мне один раненый…
Настоятель оглянулся, лицо приобрело мертвецкий оттенок, словно вся кровь отхлынула в пятки.
– Вы… не знаете? Этот мир стоит до тех пор, пока здесь идет чтение Святой книги!
Рядом захрипел и пошатнулся раненый монах, Олег нахмурился.
– Если чтец ранен, пусть читает другой. Или все неграмотные?
Настоятель вскрикнул в муке:
– Нас только трое в здании! Остальные там, у входа, стараются не пропустить… Все сражаюся, все! А один – читал. Сегодня Господь примет брата Мелеция…
Он старался поддержать раненого, но тот полз по стене на пол, изо рта хлынула кровь, но на лице проступило просветленное выражение. Из глаз пошел свет, как будто их нет вовсе, а только источник неземного света в черепе.