Возвышение Ордена завершается, и все земли под его правлением переживают кризис. В это время главный герой — один из самых сомнительных членов ордена — оказывается в центре заговора, который может изменить судьбу всего континента. Книга проникает в глубины душ и решений, когда выбор между верностью и свободой становится вопросом жизни и смерти....
А байки, байки начались только тогда, когда слабейшие из них согрелись и перестали прятать носы в чужие, собранные по всей семье тёплые халаты и шкуры.
С тех пор Школа семьи обрела стены, обросла вещами, пошитыми по плечу и прочее, прочее. Никто уже не замерзал, потому как мастера формаций первым делом занялись стенами Школы, наполняя их всем, что им было известно. Теперь только успевай подпитывать их духовными камнями, и в Школе будет тепло и сухо. Ну а к пустому воздуху гор Закалки привыкли быстро.
— Глава! — мой приход не остался незамеченным.
Если бы у меня не было восприятия, то я бы мог подумать, что, сбежав с улиц, дети сохранили уличные привычки и выставляют дозорных, чтобы их не застали врасплох. Но оно у меня было, и я не думал, а знал, что это так и есть. Знают это и два Властелина, которые числятся старшими в этой Школе, а значит, это им и разбираться с этим делом.
Но голова, ещё не отошедшая от урока-совещания со старейшинами, продолжала бурлить, как кипящий котёл, выискивая во всём второе дно и придумывая, как это обратить на пользу.
Возможно, Зеленорукий и Бахар не только знают об этой неизжитой привычке, но и поддерживают её, одобряют. Возьмём для ровного счета сто детей. У скольких из них отыщут талант к тому или иному делу? У двух, трёх? Хорошо, даже если добавить низкие профессии, которым тоже найдётся место в Истоке, пусть это будет десять человек для того же ровного счёта.
Куда идти остальным девяти десяткам? Чем им заниматься? Чем зарабатывать на жизнь?
То, где всегда требуются люди — это стража.
Да, это дело не одного года, поэтому у этих детей будет время вырасти и пройти по дороге Возвышения, а полезные привычки следует закладывать с самого начала.
— Глава! — сквозь окруживших меня прорвался какой-то мелкий, тощий, но юркий словно змея мальчишка и вскинул перед собой руки.
— Хвастун! — тут же оттёрла его в сторону какая-то девчонка на голову выше. — Я сдала эту проверку вчера, глава.
— Только потому, что тебя вызвали раньше!
— Так не просто так же, балбес. Я иду по списку первая, потому что моя буква старше́й твоей.
Мальчишка пихнул её в грудь:
— Не старше́й, а просто идёт первой, ты!
— Да вы оба тупые. Какое ещё старше́й? Правильно говорить старше.
