Автомобиль под впечатляющим уклоном резко дребезжащимися колесами швырял пассажиров. Я сбившись с ног перебирался через проходные ступеньки к бабке, которая уже ждала нас распоясанным платьем и ядовитой грубостью: "Расселась тут! Шо рожу воротишь?". Мы ехали прямо из онкологического диспансера на встречу с бабушкой, где семья тети Иры ждала нас, и судьба этих людей вцеплялась всеми зубами....
— Так как Рамазан?
— Простите, кто?
— Отец твой, — объяснил дед, а я подумал, что отец не только от фамилии отрекся, но и имя сменил, когда получал паспорт.
— Капитан милиции, служит. А у тебя есть еще один внук Борис. Наташу ты, наверное, знаешь… Ничего, что я — на «ты»? Дед — это ведь как старший отец.
Дед проговорил голосом, неожиданно мягким для монстра в человеческом обличье:
— Наташе седьмого апреля было шестнадцать, уже совсем невеста! А тебе пятнадцать исполнится двадцать второго января. — Надо же, помнит! — Сколько лет Борису?
— Девятнадцатого ноября тринадцать.
— Как я рад, что ты позвонил! Как же рад! Я вам писал…
— Знаю, мама недавно призналась. Они с отцом разводятся, и теперь никто не запретит нам с вами общаться.
— Хорошо… Не хорошо, конечно, что разводятся. Это очень даже жаль… Погоди. Ты говорил, что был в Москве. Приезжал на экскурсию?
— Нет. На рынок фрукты продавать. Мама заболела, нужны деньги.
Я решил не юлить — пусть сразу знает, что у нас все не вполне хорошо. А то может ведь и за дверь выставить, когда поймет, что мы не к нему приехали, а потому, что надо где-то жить.
— Что-то серьезное? — заволновался он.
— Рак щитовидки, начальная стадия.
— Так пусть сюда приезжает! Тут хорошие институты и клиники, не то что у вас там.
Хотелось спросить, как он живет, с кем, женат ли, есть ли у меня тети и дяди, но я просто поинтересовался:
— Как ты, дед? Только извини, я долго говорить не смогу: звоню по межгороду от соседки…
— Так скажи ее номер — я наберу! Как же хорошо, что ты позвонил!
Я продиктовал номер бабы Вали, и не прошло минуты, как телефон зазвонил.
— Это я, Павлик, — сказал дед и повторил: — Приезжайте ко мне, я живу один, дважды развелся, детей не нажил, только вы у меня есть. Хоть посмотрю на вас, а то ж думал, умру и не увижу.
И я на него посмотрю. Понятия не имею, какой он.
— Приедем, дед. Правда не знаю когда. Скорее всего, на следующей неделе. Я рад, что у меня появился дедушка. Николай, мамин отец, умер, когда мне был год. Так что нельзя дедами разбрасываться.
Он хрипло рассмеялся.
— Буду ждать звонка. В любом случае звони, хорошо? Расскажи о себе. И пусть Наташа с Борей позвонят, ну, или я им. Набери меня, а я перезвоню.
Вроде нормальный мужик, с чувством юмора.
— Ты сам как? Восьмой класс закончил? Учишься хорошо? Кем хочешь стать? А Наташа?
Вопросы полетели пулями из ствола, и превращать душевную беседу в сухой отчет не хотелось.
— Деда, об этом — при встрече. Учимся мы хорошо.
