Автомобиль под впечатляющим уклоном резко дребезжащимися колесами швырял пассажиров. Я сбившись с ног перебирался через проходные ступеньки к бабке, которая уже ждала нас распоясанным платьем и ядовитой грубостью: "Расселась тут! Шо рожу воротишь?". Мы ехали прямо из онкологического диспансера на встречу с бабушкой, где семья тети Иры ждала нас, и судьба этих людей вцеплялась всеми зубами....
Я обернулся к бабушке — она уснула на твердом и похрапывала, подергивая рукой во сне. Татьяна (Ягой ее называть язык больше не поворачивался), тоже поглядывала встревоженно, но вскоре успокоилась.
Покупатели скучать не давали, одолевали вопросами. Не обвешиваю ли? Конечно нет, я ж не перекупщик, свое продаю. Можно попробовать абрикос? Нельзя. Сейчас порежу на кусочки — пробуйте.
Лица покупателей сменяли одно другое, и вскоре я перестал их запоминать. Но блондинка с ямочками на щеках останется в памяти навсегда.
После полудня наступило затишье, я выгреб деньги из карманов олимпийки. Сложил в пухлую стопку. Чтобы не светить богатством, опустил руки под прилавок и принялся пересчитывать барыш, раскладывая купюры по номиналу и поглядывая по сторонам, не пасет ли кто нас.
Ненадолго прервался, запомнив, что насчитал 8900, взвесил кило абрикосов, добавил наторгованное. Девять четыреста. Принялся считать дальше. Семнадцать двести всего! А еще часа дня нет, все движение начнется ближе к вечеру, и надо бы привезти остатки товара да позвонить в справочную, узнать номер деда.
Я опустился рядом на корточки, потряс ее за плечо.
— Ба, просыпайся!
— Зачем? Пусть спит! — возмутилась Татьяна, но бабушка проснулась мгновенно, как солдат на побудке, протерла глаза.
— Ему ехать надо, — оправдала меня она. — Павлик, расскажи, что к чему и почем.
Я озвучил цены, передал ей пресс денег, назвал сумму — она мгновенно посвежела, переложила наторгованное в потайной кошелек на поясе, а я укомплектовал рюкзак коробкой. В камере хранения осталось килограммов тридцать, может, и меньше. Десять потащу на горбу, остальное — на тележке.
— Удачи, Павлик! — сказала бабушка, вздремнув, она выглядела пободрее.
— Пока! — Татьяна помахала рукой, похожей на птичью лапку.
— Не «пока», я скоро вернусь!
Войдя в роль бойкого продавца, я остановился возле нашего прилавка и прокричал:
— Кто хочет удивить друзей и близких? — Взяв паузу, я осмотрел обернувшихся потенциальных покупателей: есть контакт! — Только у нас! Ранние ананасные абрикосы! Только из Армении.
