Автор
Человек, переживший ядерный взрыв, возвращается в прошлое четырнадцатилетним мальчиком. Обладая знаниями о будущем, он пытается изменить реальность, но реальность начинает сопротивляться, пытаясь избавиться от чужака. Неумолимая борьба между человеком и временем обретает угрожающие масштабы.
Я, как слон в посудной лавке…
Он поставил тарелку на стол, кинулся ей помогать, но поздно, мама справилась сама, улыбнулась:
— Ничего, бывает. Нестрашно!
От беды подальше она убрала тарелки в мойку, отвернувшись от смущенного Канальи, который остановил на мне взгляд. Чего это с ним? Отвык от женской заботы? Но, заигрывая сегодня с той девушкой, что принесла орехи, он вел себя вполне уверенно.
— Идем, — сказал я, и он пулей вылетел из квартиры, уронив:
— Спасибо. Было очень вкусно!
Поскольку мопед не вывезет двоих, мы разделились, условившись встретиться у бабушки.
Глава 24
Семья
У бабушки я сразу же бросился к телефону, раскрыл тетрадь с контактами и начал обзвон клиентов в областном центре. Бабушка наблюдала за мной, опершись о дверной косяк и вертя в руках трубку, набитую табаком. Ей было что обсудить, но она понимала, что правильнее подождать.
Рабочих телефонов у большинства моих клиентов не было, пейджеры еще не распространились, именно поэтому я именно вечером, когда все вернулись с работы, звонил на домашние, вписывал заказы в специально выделенную для этого тетрадь, где отображалось движение средств, доходы и расходы.
Откликнулся каждый второй клиент, заказывали по 2–4 упаковки кофе, в итоге набежало девятнадцать штук. Если пятеро из десяти потенциальных клиентов, с которыми связаться н удалось, тоже возьмут, как раз пак и уйдет. То есть план на завтра — сто двадцать долларов. Плюс столько же в воскресенье. Штука у меня уже есть. Дед за сентябрь заработал сто пятьдесят себе и мне и должен был передать мою прибыль с проводницей тетей Ирой. Итого будет почти полштуки баксов при том, что сам я работаю два дня в неделю!
Пора задуматься о хранении денег. Если просочится информация, что мы — буржуи, нашу квартиру ограбят, а нас и перебить могут — весть о том, что мент ушел из семьи, распространится быстро.
Закончив с обзвоном, я бездумно смотрел в записи и вспоминал будущее: сейфы, банковские ячейки, карточки, где хранятся деньги, которых вроде как нет, но ими можно расплачиваться. Столько появилось приблуд, которыми может воспользоваться только хозяин, что даже карманники перевелись из-за отсутствия бумажных денег в карманах.
Грабить и воровать перестанут так повально. Гопники в столице переведутся, останутся только в заповедниках на выселках. И такой прекрасный безопасный мир накроется медным тазом! В моих силах этого не допустить.
С улицы потянуло табаком, в гостиной чихнул Каюк.
