Автор
В свете восходящего солнца в заснеженной комнате Тимофеевой дачи играют тени. Свеча трепещет на ковре, как будто приглашая всех к неведомым мыслям и происшествиям. Уже не первая встреча с незнакомыми существами заставляет вас задуматься о том, что мир может быть гораздо более загадочным, чем казалось ранее....
Я расфокусировал зрение, чтобы подтвердить свои догадки и найти в ней гниль, но нет, она была обычным человеком, просто — человеком другого круга, из тех, что для красоты, а не для дела, как декоративные собачки.
После меня играть пошел Тим, я уселся с нашими девочками и мелкими играть в дурака, к нам примкнул Каюк. Парни же не отходили от Инны, которая таяла и млела, одному улыбнется, другому глазками стрельнет, третьего коснется. И так у нее это естественно получается, будто она не играет, а такова ее суть.
Обычно мы расходились в полдесятого. Сегодня за нами зашел Леонид Эдуардович и сказал, что пора бы и честь знать. Остановил взгляд на Инне, посмотрел на сына.
— Пора! — развел руками Илья.
— Инна, тебя проводить? — вскочил Памфилов.
— Да, темно уже, — сказал Кабанов. — А нам по пути.
— Спасибо, мальчики! — расплылась в улыбке Инна.
— Да мы ващет рядом, — возразила Лихолетова, но ее никто не послушал.
Вчетвером они направились к выходу.
— Хотите анекдот? — спросил Памфилов уже на ходу.
— Во валит гад! — перебила его Лихолетова.
Компания начала подниматься по лестнице, и голоса стихли. Я услышал только вопрос Инны:
— Ух ты! А это чей мопед? Да?! Павла? Ух ты!
Клацнула дверь. Илья разочарованно уставился вслед ушедшим. Леонид Эдуардович принялся отключать приставку.
— Будем голосовать за Инну? — спросил я.
Илья кивнул. Гаечка воскликнула:
— Нет!
— Будем, — припечатал я.
— За! — поднял руку Илья.
— Три голоса — за. Еще?
— Против! — подняла руку Гаечка и опустила большой палец вниз.
Так же сделала Алиса, подошла к Рамилю и требовательно на него уставилась, уперев руки в боки.
— Против, — без энтузиазма уронил он.
— Против! — воскликнул Борис. — Она наглая! Ведет себя, как хозяйка.
— Против, — поддержал его Ян.
Леонид Эдуардович не спешил уходить, с интересом за нами наблюдал.
— Воздержался.
— Воздержался, — вздохнул Тим. — Я не имею права что-то решать.
— И мы воздержались, — прогудел Чабанов."
"О, сколько надежды было в обращенном на меня взгляде Ильи! Ссориться с ним я не собирался и радовался, что не мне пришлось решать судьбу Инны.
— Мой голос уже ничего не решит. Большинство против.
Гаечка с Алисой хлопнули друг друга по ладони.
