Живой и напряженным началом привлекает читателя в мир истории, где каждое слово дышит настоящим ощущением реальности. Вперед в прошлое! — это не просто книга, это путешествие во времени и пространстве, где каждый новый эпизод тесно переплетается с реальным сегодняшним моментом. Здесь жизнь поднимает голову из руин разбитого мира, а любовь остается жестоким призраком в памяти тех, кто остался в прошлом....
Приехал автобус, собравший пассажиров на конечной, и, вопреки обычаю, я не забился вперед, к старухам и женщинам, а пошел на гармошку, где обычно толклись хулиганы, которых я избегал.
Сейчас никого из них не было, если не считать отмороженных семиклассников, которые лезть ко мне боялись.
Возле клуба, в центре поселка, автобус набился под завязку, и я переместился ближе к выходу, думая о том, что было бы неплохо прихватить с собой хотя бы кухонный нож — вдруг после школы меня будут поджидать гопники? Ничего, я не прежний пугливый подросток.
И вот я стою возле двери автобуса, возвышаясь над мелкотой, теснящейся на ступеньках. Смотрю на проплывающие мимо дома и заборы, и меня наполняет чувство нереальности происходящего.
И вот остановка «Школа». Автобус пустеет, мы выходим разношерстным роем. Со всех сторон к школе тянутся ученики, как муравьи — в муравейник, тащат в портфелях домашние задания.
В общем потоке я направился к знакомому трехэтажному зданию, вертя головой и выхватывая из толпы смутно знакомые лица.
— Сиф!
— Тоха сифа!
Сверкая труселями, маленькие девочки скачут в резиночки. Семиклассницы сгрудились у ступеней и что-то рассматривают — они уже взрослые для детских забав.
Форму отменили несколько лет назад, и все одеты кто во что горазд. Идет непримиримая борьба с женскими штанами: дежурные на входе во главе с физичкой не пускают в школу нашу Натку Попову, потому что на ней белые брюки.
— А вы стулья замените, они все колготки порвали, — огрызнулась она. — У меня колготок больше нет, а без них попа мерзнет!
— В черных брюках можно, — уперлась физюля.
— А они не высохли, — парировала Натка. — Воду-то отключили днем! Стираем-то мы вечером!
Чем закончится перепалка, я слушать не стал, поздоровался со всеми, просочился в школу и чуть ли не уперся в Лику Лялину, со скучающим видом опершуюся о подоконник под общешкольным расписанием.
У Лики явно нет недостатка в колготках. Белая блузочка — не перешитая, а современная, кожаная сумка и юбка-варенка, которая ей, наверное, жмет в пятой точке. И туфельки. Новенькие лаковые туфельки. Я невольно посмотрел на свои стоптанные кроссовки, у которых из всех щелей торчал обувной клей.
