Живой и напряженным началом привлекает читателя в мир истории, где каждое слово дышит настоящим ощущением реальности. Вперед в прошлое! — это не просто книга, это путешествие во времени и пространстве, где каждый новый эпизод тесно переплетается с реальным сегодняшним моментом. Здесь жизнь поднимает голову из руин разбитого мира, а любовь остается жестоким призраком в памяти тех, кто остался в прошлом....
— Натка! Глянь, как классно!
Сестра вышла из кухни, склонилась над столом, надула пузырь жвачки.
— Круто! А мне Джона бон Джови нарисуешь? Или Мадонну? Только в тетрадке!
Борька прищурился и озвучил цену:
— Сто рублей!
— Ты не офигел, братишка? — возмутилась Наташка. — Куркуль!
— Ладно, пятьдесят, — слишком быстро срезал цену Борька.
— Вот попросишь с математикой помочь, я тебе это припомню, — проворчала она.
Наташку мама готовила в медучилище. Сытенькая, в тепле — что еще надо для счастья? Но главное — никаких вложений: училище в городе, девушке не надо будет жить в общаге, куда нужно отсылать деньги на еду.
— Плакат дороже стоит, — сказал я.
Наташка кивком пригласила меня в кухню. Я еще немного похвалил Борьку, и он засел за бон Джови.
— Жрать будешь? — спросила сестра, достала скомканный листок из кармана и протянула мне.
— Это надо съесть, — ответил я, разворачивая листок.
Там был адрес: улица, номер дома, квартира. Насколько я помнил, это двухэтажные дома на выезде из поселка, примерно в трех километрах от нас и в двух — от школы.
— Нет, сперва надо прочитать.
— Это что? — спросил я.
— Лялина там живет, — ответила Наташа, поставила блевунчик на плиту, включила газ.
— Как ты узнала? — Я уселся за стол, потому что двоим стоячим в нашей кухне тесно.
— Неважно, — отмахнулась она. — Сложно, что ли?
— Держи, — я вытащил из сумки банку кофе.
Улыбаясь, Наташка разглядывала трофей, ее глаза блестели.
— Круто! Ну ты заморочился! Давай заварим?! — Она поставила на газ еще и пузатый чайник с черными языками нагара, тянущимися к макам, спохватилась: — А если мать спросит, откуда это?
— Скажу, что контрольную однокласснику решил. Не парься, у нас есть мажоры. Райко, например."
"— Кто есть? Чет не поняла.
— Богатенькие Буратины.
— А-а.
— Тебе какая разница. Достал — и молодец.
Подумав немного, она спрятала банку в сумку.
— Не отдам. Это я заработала. Отец выпьет, и нам ничего не достанется.
Читать лекцию о крысятничестве я не стал, потому что в нашей семье это очень даже практикуется отцом. Я смотрел на адрес и убеждался, что да, это либо в одном из старых двухэтажных домов, либо в общежитии через дорогу от них. Придется идти разговаривать, чего уж теперь.
