— Значит, на этот раз все серьезно?
— Крайне, — сказал Лаврик. — Вот, полюбуйся...
Кривя губы, он достал из внутреннего кармана легкого бежевого пиджака прямоугольный кусочек материи размером с носовой платок: две сине-красных горизонтальных полосы, и на верхней, синей, в уголке какая-то черно-золотая эмблема.
— Видел такие в Тукуманье?
— Видел несколько раз, — кивнул Мазур. — И на антеннах машин, и на стенах были нарисованы, а в одном баре такой вообще на стойке стоял, такой же примерно величины. Эго и есть...
— Ага, — кивнул Лаврик. — Флаг сепаратистов, то бишь независимой и суверенной республики Месаудеро. Его еще в первый раз поднимали, и во второй тоже, вот и теперь решили соблюсти традицию. Между прочим, при доне Астольфо, найдись у кого такой флажок или поймай кого рисующим его на стене, загремел бы персонаж автоматически на остров Пикомайо, самую жуткую тогдашнюю каторгу. Оно, конечно, методы дона Астольфо были бесконечно далеки от гуманизма и давно осуждены прогрессивной общественностью, но что было, то было — сепаратисты при нем сидели тихо, как мыши, а кто высовывался тем или иным манером, куда-то пропадали... Сейчас, увы, ситуация другая. Ты у себя в отделе сводки на этот счет не читал?
— Не до них было, — сказал Мазур. — Была куча других забот, да и никто мне не поручал уделять внимание Месаудеро.
— Ну, тогда кратенькая лекция... Янкесы там готовят классическую «цветную революцию», в точности по учебнику умнющего мудака Шарпа. Очередной Майдан. Мотивировок две. Первая — та самая, на которую уже многих поймали, в том числе, увы, и нашу Империю в девяносто первом. Практически все нефтяные месторождения, которые активно разрабатывают на территории Месаудеро. Те, что за ее пределами, пока что только разведаны. Нужно объяснять, какие отсюда проистекают лозунги?
— Все ясно, как божий лень, — сказал Мазур. — «К чему нам кормить столицу и всю остальную страну?» «Санта-Кроче, голодранцы и лентяи, нас безбожно грабят». «Отделимся — и будем жить, как второй Кувейт или Саудовская Аравия!» Сколько раз проходили...
— Ага, вот именно. Затрепанный штамп, но ведь работает до сих пор. Очень человек бесится, если внушить ему, что его безбожно грабят, что он кого-то кормит... Есть и вторая мотивировка, тоже довольно убедительная. В Месаудеро шестьдесят с чем-то процентов населения составляют протестанты, потомки юропо — ну, так исторически сложилось. Здесь уже агитация идет иначе: пора освободиться от щупалец Ватикана, за столетия запачканных кровью.