Автор
Ева вышла из такси и сразу уловила мрачную атмосферу столицы, ветер колыхая листьями деревьев с разрывающим визгом. Она замерла перед шлагбаумом дома Сталинской архитектуры — место где-то между прошлым и настоящим. Тревожно замирает каждый шаг, когда она думает о том, что ее бывший отец мог быть совсем рядом....
Представив «благодарность», от которой бы не отказался, а вслух благородное:
– Выздороветь без последствий и приступить к работе. У каждого хирурга есть собственное кладбище. Не желаю видеть там твой холмик! Запиши номер моего телефона. Если что, я всегда на связи! В клинике буду до девятнадцати ноль-ноль.
Он вышел, оставив Еву в недоумении.
Что сейчас было? Она привыкла за день отбиваться от грубого обвинителя или седовласого Казановы, который теперь стал добрым Санта Клаусом? Хоть желание загадывай.
Она усмехнулась.
– Осталось узнать, кто олень, на котором он будет кататься? – ладонь, пробежавшаяся по длинным, растрёпанным волосам, рогов не нащупала, хотя должны были быть очень ветвистыми.
Мысли об отцах и будущей жизни улетучились от ужаса в отражении зеркала. Она совершенно не задумывалась, как выглядит после столкновения с машиной, асфальтом и приветливой лужей. Обмыли, переодели в сорочку, дали тапки с халатом и ладно?
Сумка на месте, а значит расчёска и косметичка тоже. Желание выглядеть хорошо из девушки ничем не вытравить.
"Через десять минут волосы были расчёсаны и закручены в высокий пучок, закреплённый карандашом. Ресницы слегка подкрашены и даже блеск лежал на губах, когда в палату снова заявилась заведующая отделения.
– Как себя чувствуете? – приторно сладким голоском, будто и не угрожала чуть больше часа назад. – Хорошо выглядите. Для кого расстарались?
Серые глаза по-деловому сосредоточены, чтобы не прибить соперницу молниями.
Ева не понимала, как себя вести и к чему приведёт столь радикальное изменение поведения блондинки.
– Приемлемо. А в клинике каждого пациента по нескольку раз в день навещает заведующая?
Маша сделала вид, что не слышит вопроса.
– Что болит? – она сунула электронный градусник. – Нужно измерить температуру.
– Голова и немного морозит.
Опять пролетело мимо ушей. Маша потребовала градусник через несколько секунд. Измерила давление. Посмотрела горло.
– Всё в норме. Может последствия стресса? – вкрадчиво, со взглядом закадычного друга.
Ева кивнула.
Заведующая терапией добрыми словами выписывала пинок под зад:
– У нас отложена госпитализация крайне нуждающегося в ней человека. Я посмотрела все ваши анализы. Всё замечательно. Молодой крепкий организм… – Она видела, как на него реагировал Зарипов. – Даже сотрясения нет. Травматолог на снимках ничего не обнаружил. Есть ушибы, но они лечатся постельным режимом.
Холодная ладонь легла на руку пациентки.
