Автор
Всех взглядов здесь не count— только на тебя! Правда, Лана? Твои волосы уже привлекли внимание соседних кабинок и касс, где ты так нелепо засмеялась над своей же внешностью. А я-то думала, что все смотрят из-за моих цветных локонов... Они не просто удивляют, они внушают страх. Ой, Валерочка, это совсем другое!...
Прекрасная пара, идеально дополняют друг друга. Взбалмошная, как порыв июльского бриза Марта и паршивец Карим Удугов.
После полуночи гости разъехались. Осталась только моя бабушка – Карим собирался отвезти ее в город на следующий день.
Нас с Амиром проводили с террасы. Подхватив меня на руки, под аплодисменты наших родных Амир понес меня в спальню."
"Хитрые замысли Жанны проникли и сюда – в спальне ярко пылал камин. Повсюду горели свечи, а полы и покрывало нашей постели были усыпаны лепестками роз.
На небольшом прикроватном столике в окружении свечей стояла бутылка шампанского и сладкие угощения.
Амир посадил меня на постель и подошел к столику. Разлив в бокалы шампанское, он вернулся ко мне и протянул мне бокал.
— За мою красавицу жену, — сверкнул в мою сторону полным вожделения взглядом.
— Валери Удугова… Мне нравится, как это звучит, — робко улыбнулась я и отпила глоток шампанского. А его руки уже умело расстегивали замок на моем свадебном платье, освобождая тело.
Терпкий вкус шампанского будоражил, вызывая желание.
Отставив бокал в сторону, Амир привлек меня к себе и медленно коснулся губами моих губ. Прикрыв глаза, я подалась ему навстречу. Он целовал меня жадно и страстно, терзая губы властными прикосновениями. Потом его губы заскользили вниз, к спрятанной в кружевной ткани груди. Приспустив чашечки бюстгальтера, он принялся играть с тугими сосками, наслаждаясь моими пристыженными стонами.
Он властно дернул вниз свадебное платье, и его пальцы заскользили по обнаженной коже ягодиц.
Амир уложил меня на покрывало, и я утонула в лепестках роз. Он провел ладонью по животу, и белоснежная ткань легко поддалась, обнажив манящий островок между ног.
Ласки становились все откровеннее. Они обжигали жаром и заставляли меня ерзать на простыни.
Амир отстранился.
— Полежи так, мне нравится на тебя смотреть, — шепнул хрипло и медленно начал расстегивать пуговицы на белой рубашке.
Я лежала на спине в отблесках пламени камина и едва дышала. Хотелось потянуться к Амиру, помочь ему снять рубашку и брюки, но вместо этого я застыла, чувствуя, как вздымается моя упругая грудь в такт дыханию, и как это бесстыдно смотрится со стороны.
Избавившись от одежды, он склонился надо мной и накрыл мой рот жадным поцелуем.
Чем ярче разгоралось пламя в небольшом камине, тем порочнее становились наши игры на едва освещаемой бликами пламени постели.
