В Ленинграде вновь нарушается тщательно спланированный план. Серый ноябрьский небосвод и мерзкий снежный хуже чем кашу сковывают душевное состояние главного героя, Алексея Протоппова. Он ненавидит этот город за его помпашистость и неуютность, а теперь его планы пошли под откос — это настоящий удар в лицо....
Теперь оставалось только ждать…
Глава 6
Радио звучало в кабинете, в унисон с пульсом мировой цивилизации. Апрель оказался богат на сногсшибательные события. Генерал Франко заявил об окончании Гражданской войны в Испании и установлении фашистской диктатуры… Италия оккупировала Албанию… Решения Восемнадцатого съезда в жизнь…
А вот интересно, скажут ли еще об одном судьбоносном факте, от которого вся моя организация в нервозном ожидании? 10 апреля арестован бывший нарком внутренних дел Ежов. Поговаривают, что ему вменяется не только антисоветская деятельность, но и мужеложство.
"И вот теперь половина наркомата ликует – настрадались от железного наркома. А вторая половина приуныла, поскольку такие люди на дно в одиночку не уходят, а тянут следом свое окружение. А таковых осталось немало. Ну и под горячую руку кто-то непременно ни за что попадет – у нас без этого не обходится.
Сгущался за окнами вечер.
То есть террористическая контрреволюционная ячейка продолжает действовать. И если, узнав о гибели своего лидера, боевики ударятся в панику, то могут наворотить кровавых дел.
Мои раздумья были прерваны самым грубым образом. Дверь с треском распахнулась. Точнее, ее своим телом отворил субъект в мокром пальто и с обезумевшим взглядом. Руки его были сцеплены за спиной наручниками.
Вслед за ним появился торжествующий Фадей.
– Вот, прилетел, голубь. Вернулся в гнездовье, – хмыкнул он, силой усаживая задержанного на стул.
– Я не понимаю, – верещал молодой человек субтильной наружности.
– В грязи у конезавода?
– Я краевед. Я лес люблю! Я…
– А ну хватит! – ударив ладонью по столу, я рыкнул так, что люстра задрожала. – Хорош завираться! Чего, склад решили на новое место передислоцировать?!
Парень молчал.
– Если не будешь отвечать, тебе будет очень больно. Твоих приятелей мы давно взяли за шею. Ну, сучий потрох, говори, а не то тут же тебя и положу! – Я взял его за длинные сальные волосы и добро так посмотрел в глаза.
