В коридорах сияющей позолотой сердце колотится жгучей дрожью, а крик Тирга эхом отзывается в ушах. Никто не нагоняет — вместо него появляется командир с плешинкой и его подчиненные. Меня оставят одну? Слишком рано предполагать…
Само пространство вокруг меня будто бы расступилось, а еще я начал чувствовать тебя. И до сих пор чувствую, - признался он и поцеловал меня в макушку.
- Папа, я безумно счастлива, что ты здесь, - призналась я. – Папа, но ты ранил людей Тирга. Так нельзя.
- Дочь, представь: я только что прошел первый в своей жизни ведьминский ритуал, ощутил, как передо мной раздвигается пространство, а еще чувствую дочь, которая пропала без следа! Когда я увидел этих амбалов с мечами наперевес, представь, что творилось в моей голове?! Конечно, я решил, что они схватили тебя и мучают! Впрочем, я оказался не так уж далек от истины, - пробурчал он, не удержавшись.
- Теперь у нас здесь будут проблемы, - тяжко вздохнула я."
"- Давай попробуем вернуться! Зачем нам здесь оставаться?! – вспыхнул вопросом папа, и в комнате повисла тишина. – Из-за него, да? – натянуто спросил он. – Он тебя здесь держит? – рыкнул отец.
- Папа, он мой муж, - выдавила я.
- Что?! Как? Когда?! Зачем?! – могу поклясться, что папа испугался.
- Так получилось, - неловко пожала плечами я.
- Он заставил тебя? – с разгоняющимся рычанием спросил папа.
- Что? Нет, что ты, нет… Он еще даже не знает, - ляпнула я, и отец удивленно притих. Даже для него это слишком.
- А когда узнает? – хмыкнул он.
- Ну, я ему уже сказала, но, по-моему, он не поверил, - повела плечом я. – Знаешь, папа, я так устала, - тяжко вздохнула, давя на жалость. – Оказывается, когда в тебя вселяется демон, это жутко утомляет.
- До сих не могу поверить в реальность произошедшего, - папа потер пальцами переносицу.
- Вряд ли кто-то из демонов снова рискнет вселяться в ту, которая распылила самого сильного из них, - я отпустила отца и подошла к тарелке с ужином. Война войной, а обед по расписанию. Для папы принесли жареное мясо, салаты и хорошее вино. Да уж, даме вряд ли подали бы алкоголь. Ни намека на десерт! Я принялась есть то, что предназначено не мне, и вспомнила об отце только когда умяла отбивную.
- Ешь, - коротко приказал он.
Слушаюсь и повинуюсь. Когда я наелась, то меня начало клонить в сон со страшной силой. Оказывается, я так устала, что до кровати пришлось почти ползти. Папа смотрел на все это с улыбкой. Он помог мне улечься на подушку и укрыл одеялом.
- Засыпай, лисенок, - прошептал он и поцеловал меня в лоб.
