— Мы тебя отвезем.
Она приостановилась в дверях своей спальни и ответила спокойно и деловито:
— Мне нужно просушить волосы.
Зверь вел машину мягко и спокойно, несмотря на большое движение. Она сидела рядом с ним. Когда мы выехали на более свободные улицы, она откашлялась и спросила:
— Как это вышло, что вы приехали?
— Я звонил твоей маме. И стал беспокоиться.
Она засмеялась, напряженно и неестественно:
— А вообще-то я вела себя очень хорошо.
— Как так? — спросил я с заднего сиденья.
— Они позвонили в дверь через полчаса после моего прихода.
Три мужика.
Она засмеялась еще раз, так же механически.
— Спросили, как меня зовут. Я сказала — Агнета Эрикссон.
— Ух ты, — выдохнул я. Это имя я видел на двери.
— А потом скрутили меня, отняли ключи, все обыскали, перевернули, а потом... он сделал... это.
Зверь заерзал у руля.
— Но когда они уходили, — сказала она, — то попросили передать привет...
Машина катилась прямо на слепящий закат. Мы ждали окончания фразы. И она сказала медленно:
— Кристине Боммер.
14
— А теперь полиция ищет и меня, — сказал я.
В большом зале воздух был едкий от пыли. Я укрывался в глубине архива «Утренней газеты», за тоннелями без потолка, выстроенными из металлических ящиков. Коммутатор обещал перевести разговор на аппарат, любезно установленный на один из столиков, к которым обычно присаживались посетители. Дирекция тоже приложила старание — позвонить из редакции на этот аппарат в тот вечер было нельзя.
— Мне нужен твой номер, — потребовал я.
Она была пунктуальна, позвонила точно в тот момент, когда изо всех радиоприемников в архиве зазвучали звонкие позывные последних известий. Мою манеру разговаривать она не одобряла.
— Послушай, ты, красотка, — сказал я. — Убили моего товарища по работе. Изнасиловали мою подругу. За мной гонятся с двух сторон: банда преступников и легавые. А я еще ломаного гроша не получил даже от тебя.
— Ах, так ты стараешься ради денег?"
"Это она произнесла автоматически. Любимое оскорбление богатых дураков.
Я не отвечал. Дурой она не была.
Она помолчала. А потом прошептала:
— Почему полиция тебя ищет? И кого изнасиловали?
Я вздохнул. День выдался долгий. Так осторожно люди играют, когда уже не полагаются на свои козыри.
— Нам надо встретиться, — сказал я.
Ничего другого не оставалось.
— О'кей, встретимся еще раз. — Ее голос звучал решительно. — Завтра, рано утром.
— Погоди, — сказал я. — Если мы встретимся, я хочу получить ответ на один вопрос.
