А потом заявил — вроде бы чтоб меня утешить: я, мол, тоже некурящий.
Над этим все посмеялись — узнали деятеля. Тарн хлопнул меня по спине:
— А второй, братишка? Кто был второй?
— Это было в Сантьяго-де-Чили, — сказал я, — в отеле «Каррера». Он наклюкался до того, что глаза у него смотрели в разные стороны. Но все еще пил и хвастался, что с ним целый час разговаривал президент Альенде.
— Ну-у, он и с тобой разговаривал?
— Альенде?
— Нет. — Тарн поморщился. — Шведский министр, социал-демократ, идиот ты этакий!
— Ах, этот, — сказал я.
— Конечно. Конечно, он со мной разговаривал.
— Расскажи, что он говорил. Все выкладывай, брат!
— Ладно, — согласился я. — Он сказал не так уж много. Он сказал: ты, журналист, можешь сообразить для меня какую-нибудь блядь?
Над этим тоже посмеялись. Тарн, улыбаясь, поднял бутылку кверху:
— А что ты, брат, ему ответил?
— Я ответил, что не могу. Я не журналист, сказал я, а всего лишь фотограф,
Это вызвало еще больший смех. А после того, как Тарн уговорил меня рассказать, кто был этот министр, нам зааплодировали.
Тарн насмешливо оглядел меня и отпустил с миром. Я отвлекал на себя внимание публики в его раннем воскресном шоу. Ребята воспринимали его как противовес телевизионному «Прекрасному воскресенью».
Он хлопнул меня по спине еще раз и произнес что-то, чего я не расслышал из-за смеха.
— Что? — переспросил я.
Тарн кивнул и повторил язвительно:
— Рикардо звонил. Хотел с тобой поговорить.
Рикардо? Зверь!
Я быстро вышел в комнату фотографов. В моей ячейке лежала записка и номер его телефона.
В спортивной редакции нашлась пустая комната, где меня никто не мог потревожить. Набрал номер.
— Quien habla?[42]— произнес тягучий густой голос.
— Это я. Что-то случилось?
— Ничего, — спокойно отозвался густой голос. — Я только любопытный. Ты звонил нашему другу, которого мы вчера встречали?
— Нет, не успел, — сказал я. — Думал, у тебя есть новости.
Зверь тихонько засмеялся.
— Ты никогда не станешь настоящий subversivo.[43]Слишком неспешный.
В этот день я не работал. Оправдываться было нечем.
— Ладно. Позвоню.
Пришлось повозиться, пока нашел визитную карточку. Я выбрал конфиденциальный номер. Он ответил сам:
— Да, Янне слушает.
— Привет, Янне. Я был у тебя вчера, со списками персонала.
— Да-да, — быстро ответил он. — Погоди минутку.
Резиновые подошвы скрипели, когда он шествовал по паркетному полу. Захлопнулась дверь. Зашелестело в трубке — он снова ее поднял.
— Ты ходил дверь закрыть, — сказал я.
