В дьявольских морях корабль был словно щепка в урагане, идущем навстречу волнам. Огромная кавьята скрипела и билась, не давая покоя матросам, которые пытались закрыть все люки под шкоты, чтобы удержать корабль на плаву. Желудки дрожали от рокочущих волн, и каждый взмах ветра был как удар по груди....
Пробежав по коридору, который был длиной метра четыре и заканчивался массивной дверью, Ванор распахнул ее и, вбежав в помещение, находившееся за дверью, сразу же закрыл дверь за собой на засов.
Огляделся, у стены стояло кресло, в которое он и упал. Об этой тайной комнате никто, кроме него, не знал, ее он вообще нашел случайно, дернув как-то в раздражении меч статуи рыцаря. В противоположной стороне от двери, в которую он вошел, была еще одна дверь, за которой скрывалась крутая каменная лестница, спускающаяся в глубину и упирающаяся в подземный коридор, уходящий очень далеко и выводящий за территорию столицы.
* * *"
"Я не спеша двигался в лагерь неожиданного родственника, в стороне и чуть сзади бежали коты, чтобы не пугать лошадь, которая и так постоянно прядала ушами и всхрапывала.
Но мы все-таки дошли до шатра Ломера, и тот встретил меня у входа. Я пожал протянутую руку, как и положено, за предплечье, а Номер, обняв меня за плечи, прокричал в толпу воинов, собравшихся со всего лагеря:
– Воины, сегодня я нашел своего брата, все, как говорил Таманкус… И придет когда-то из-за большой воды твой брат, будет он почти такой же, как ты, одной крови, одного языка, одних взглядов, одной чести.
Ломер кричал эти слова, и ему вторила огромная толпа, собравшаяся у его шатра, все, словно заклинание, повторяли эти слова. Когда он закончил говорить, раздались крики, вопли, стоял такой ор, что больно было ушным перепонкам.
– Нам надо многое обговорить с братом, завтра с утра мы, получив положенные трофеи, уйдем домой. Не знаю, сможет ли брат проследовать с нами, его должны видеть старейшины, но теперь мы с вами знаем, что пророчество исполнилось. Пойдем, брат, – и он увлек меня в шатер.
В нем уже был накрыт стол с напитками и снедью. Еда была проста… Сыр, лепешка и мясо, в кувшинах вино.
