Стивен знал что-то. Нам необходимо понять что. Он никогда не давал вам что-нибудь на безопасное хранение? Какие-нибудь документы, может быть?
Нет, подумал Арман. Еще не успев задать вопрос, он понял, что Стивен никогда не стал бы втягивать ее в это. По той же причине он ничего не сказал ему, Жану Ги или кому-нибудь другому.
Кроме месье Плесснера, и Плесснера убили. Это подтверждало худшие опасения Стивена и его потребность в крайней сторожности.
– То есть у вас нет никаких оснований подозревать, что он нашел что-то, какую-то разрушительную информацию о какой-то корпорации?
– Обычно он с удовольствием сообщал мне, если что-то находил. Ему нравилось иметь тайны, а еще больше ему нравилось, если он знал, что говно вот-вот попадет на вентилятор. – Она сделала паузу, прежде чем продолжить. – Если он не сказал мне, значит дело было совсем плохо. И его попытались убить, чтобы остановить?
– Я думаю, да. У вас есть его деловой ежедневник?
– Есть. Что вы хотите знать?
– Что он делал между одиннадцатым и двадцать первым сентября.
– Я тут ничего не вижу. Но он, вероятно, проводил время с вами.
– Мы с Рейн-Мари только вчера прилетели в Париж.
Последовала пауза, потом миссис Макгилликадди произнесла:
– Значит, вы понятия не имеете, чем он занимался эти десять дней?
– Не имею. – Она явно была смущена. Пребывала в совершенно новом для нее состоянии. – Я для него ничего не заказывала. Никакого бронирования столиков. Никаких билетов в театр или оперу. И у меня нет никаких его встреч на следующую неделю. Вероятно, он составил свой план по прибытии в Париж.
– А бронирование в «Георге Пятом» вы делали?
– Нет. Я же вам только что сказала. Никакого бронирования столиков.
– Не столик, а номер. Не в ресторане, а в отеле.
– Номер? В «Георге Пятом»? Вы с ума сошли?
«Что ж, это и есть ответ», – подумал Гамаш. Он принялся вышагивать по набережной туда-сюда, продолжая разговор.
На протяжении веков люди, смотревшие из этих окон, видели вещи куда более шокирующие, чем человек, выхаживающий туда-сюда по берегу.
Например, они были свидетелями Террора.
Теперь это больше походило на наблюдение за Беспокойством.
Впрочем, если бы они могли видеть его мысли, его чувства, они бы задернули шторы и заперли двери.
– Вы знаете человека по имени Александр Френсис Плесснер?
– Алекс Плесснер? Да.
Арман остановился. Наконец-то он услышал предложение, которое не начиналось с «нет».
– Мистер Горовиц ужинает с ним в клубе каждый раз, когда мистер Плесснер приезжает в Монреаль.