Автор
Под твоими окнами стучит сердце Натальи Долинины, и каждый звук — это свидетельство ее отчаяния. Всюду вокруг чувствуется неоспоримый закон любви – она исходит из глубины души, не потому что ты приказываешь, а просто потому что так хочется иначе.
Бросить все и уйти с Йованом, возможно держась за руки. Это тайное желание испугало меня не меньше, чем осознание того, что я была рада встретить Гарбича субботним утром в центре города.
– Хорошо, бежим, – серьезно кивнула я.
– Даже не скажешь друзьям, что уходишь со мной? – удивился Йован.
– Я ведь тебе сказала: засмеют, что я общаюсь с малолеткой, – поддела я Гарбича.
Но Йован, кажется, ничуть не обиделся. Только нахально усмехнулся.
– Что ж, твое право.
Взял меня за руку и повел в сторону проспекта. Своим приятелям на прощание даже не кивнул.
Дождь уже перерос в настоящий ливень и наверняка некрасиво прилизал мои волосы… Вода в реке пузырилась. Плащ и туфли промокли, но мы, вместо того чтобы спрятаться где-нибудь от непогоды, продолжали целенаправленно идти.
В конце концов вышли к пышечной, и только тут Йован обернулся и предложил:
– Может, зайдем?
– Куда еще мог пригласить меня ребенок, – усмехнулась я.
Йован снова сделал вид, что пропустил мой выпад мимо ушей. Только молча потянул за ручку тяжелую дверь. Та протяжно скрипнула.
– Слышала? – повернулся он ко мне.
– Что? – немного растерялась я. – Как дверь скрипнула?
– Ах, это дверь… Я думал, твои старческие колени.
Я рассмеялась и пихнула его пальцем под ребра.
– Ладно-ладно! Счет: один – один.
Мы заказали пышки и обжигающий пальцы чай. После «прогулки» под дождем хотелось согреться.
– Йован, – начала я, когда мы стояли друг напротив друга и внимательно изучали лица, будто виделись впервые.
– Как и ты, – улыбнулся Йован. Я рассмеялась и опустила голову.
К прогулам я, увы, привыкла, а вот Йован, судя по стопке учебников, казался мне эдаким умницей и маменькиным сынком. Но и мальчишеского задора в нем, безусловно, было немало.
– Зачем ты пригласил меня на чай? – прямо спросила я. Юлить вокруг да около надоело.
– Ты красивая, – ответил Йован, не сводя с меня взгляд.
Я ожидала подобного ответа, но все равно смутилась. Красивой я себя точно никогда не считала. Все школьные годы пробегала пацанкой. Мама постоянно уродовала меня короткой стрижкой, которая совсем мне не шла. Из-за этого я в детстве страшно комплексовала. Одежду она мне тоже покупала несуразную, чаще всего на вырост.
