Смерть матриарха семьи Казалетов становится переломным моментом. В 1950 году уходит старый мир усадеб и традиций, и каждый член семьи должен найти свой путь. Луиза влюбляется, но счастье оказывается хрупким, а молодое поколение предстает перед новыми вызовами и переменами.
Раздел Chitat.online для книги «Все меняется» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Смерть матриарха семьи Казалетов становится переломным моментом. В 1950 году уходит старый мир усадеб и традиций, и каждый член семьи должен найти свой путь. Луиза влюбляется, но счастье оказывается хрупким, а молодое поколение предстает перед новыми вызовами и переменами.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Смерть матриарха семьи Казалетов становится переломным моментом. В 1950 году уходит старый мир усадеб и традиций, и каждый член семьи должен найти свой путь. Луиза влюбляется, но счастье оказывается хрупким, а молодое поколение предстает перед новыми вызовами и переменами.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Этим воспоминаниям умилились все – и Руперт, и Зоуи, и Арчи, который сообщил:
– Ей и теперь почти все равно. Так что одежду ей выбираю я.
Рейчел героическим усилием поддержала разговор:
– Когда я была маленькая, Дюши заставляла меня постоянно носить передники. А если мы шли в гости, надевала на меня целую кучу белых нижних юбочек под нарядное платьице и велела сидеть на столе, пока не придет время выхода.
– Помню-помню, – подхватил Хью. – Но тебя, по крайней мере, не одевали в матроски, как нас с Эдвардом. Руперт этой участи избежал.
Руперт, сразу вспомнивший о том, чего еще он избежал – ужасов окопной войны, постигших его старших братьев, – спокойно высказался:
– В сущности, жаль, потому что я просто обожал наряжаться. Помните, у нас был старый черный жестяной сундук, полный всякой одежды для маскарадов? Так вот, однажды, когда наши родители давали прием в саду, я вырядился девушкой – в сплошь расшитое бисером розовое платье, знаете, этакое цилиндрическое, какие носили флэпперы, с тюрбаном из серебристого ламе и страусовым веером. В таком виде я и вышел на газон, и Бриг рассвирепел, но Дюши только рассмеялась и велела мне идти в дом, переодеться, а потом вернуться и помочь разносить сандвичи с огурцом.
В последовавшей короткой паузе Рейчел попросила извинить ее: она сходит проведать Сид, а потом сразу спать. Мужчины встали, и Арчи, который сидел ближе всех, открыл для Рейчел дверь и снова закрыл за ней.
– Позвони Айлин, Руп, пусть соберет тарелки.
– Хью, тебе там ближе.
В поисках звонка Хью пошарил под столом там, где сидела Рейчел. Эдвард отошел к серванту за портвейном. Клэри сказала:
– Если это значит, что дамам пора удалиться, я, пожалуй, удалюсь спать. Всем спокойной ночи.
Зоуи решила:
– А я подожду Джемайму в гостиной, а потом тоже спать.
Айлин, собирая посуду после десерта, спросила, не подать ли джентльменам кофе в столовую.
– Кто-нибудь хочет кофе? – спросил Хью, но никто, похоже, не соблазнился. Айлин было отдано распоряжение принести поднос в гостиную, и да, на этом всё. В комнате возникла легкая, но несомненная натянутость.
Бутылка портвейна пошла по рукам, все четверо мужчин наполнили бокалы.
Хью сказал:
– Прежде чем мы поговорим о предстоящих делах, предлагаю всем вместе выпить за нашу дорогую матушку и… – он взглянул на Арчи, – …и за друга.
Все встали и последовали предложению.
От этого обстановка как будто бы слегка разрядилась. Снова усевшись, присутствующие закурили сигареты, а Эдвард – сигару.
– С согласия Рейчел, – начал Хью, – я побывал у викария, чтобы назначить дату похорон, и мы договорились на следующий понедельник. Я просил о следующей субботе, но оказалось, что это неудобно, так что они состоятся двадцать пятого в половине двенадцатого.
