У Хмурого поначалу все кажется сложным и легальным бизнесом, но это лишь покрытие для масштабных грабежей и коррупции. Внезапно его жизнь переворачивается, когда появляется приказ на ликвидацию. Человек в сером костюме объявляет об этом как о банальном задании, но Хмурый знает, что подступиться к Гаврову — настоящее испытание....
У нее имелись деньги, и немалые. Их можно в крайнем случае пустить в дело. Но она не дура. Зачем тратить свои, если можно жить на чужие ?..
* * *В постели эта киска оказалась просто чудом. Давно Дьяк не испытывал столь острого удовольствия."
"Что ж, он займется ею, постарается вывести на большую сцену. Может, и получится какой-нибудь толк.
Через месяц готов был первый клип Лизы Новоловой. Его прокрутили по Центральному телевидению несколько раз.
Песня как будто хорошая, красота певицы слепит глаза, клипмейкеры на славу постарались.
И все же она заняла шестьдесят девятую, скрытую, строку отечественного хит-парада. Какой-никакой, а результат.
Конечно, все могло быть и получше. Георгий Иванович разочарованно вздохнул. Ну куда денешься от этой длинноногой пигалицы?
* * *И второй клип ожидаемого успеха Лизе не принес.
В музыкальных кругах о ней говорили с нескрываемой иронией. Надо же испортить такие песни! Впрочем, изгоем она не стала. И без нее на сцене бездарей хватало.
И все же на свой страх и риск Георгий Иванович решил записать ее первый альбом. И скоро выпустил его на рынок. Да прогорел.
Мужики-зрители и в самом деле пускали слюни, когда в коротком донельзя платье она пела для них с экрана.
Секс с Лизой – это что-то неземное. Но слишком высока за него плата. А Дьяк, он человек практичный. Да, есть такие продюсеры и спонсоры, которые ради одного лишь сексуального удовольствия продолжают вкладывать деньги в прогорающие проекты своих протеже. Но он не из таких.
Хорошо еще, что он заключил контракт с ней всего на полгода.
– Попробуй найти себе богатого спонсора, – посоветовал он ей на прощание.
– Какой же ты все-таки урод!
Злость душила ее, ослепляла.
– Найдешь деньги, приходи, – как ни в чем не бывало продолжал он. – Я поработаю с тобой. Но только, уж извини, на общественных началах.
Ушла она, хлопнув дверью.
