У Хмурого поначалу все кажется сложным и легальным бизнесом, но это лишь покрытие для масштабных грабежей и коррупции. Внезапно его жизнь переворачивается, когда появляется приказ на ликвидацию. Человек в сером костюме объявляет об этом как о банальном задании, но Хмурый знает, что подступиться к Гаврову — настоящее испытание....
– Зачем? – сердито спросила она.
– Поговорить надо.
– Ну так говори.
Настя замедлила шаг, остановилась, вопросительно посмотрела на него. В ее глазах – полнейшее к нему равнодушие.
– Ты давно нравишься мне.
Этого и следовало ожидать. Очередной поклонник. Как они все ей надоели!
Мальчишки, эти хвастуны и грубияны, не интересовали ее ни раньше, ни сейчас. А ведь она уже не маленькая, еще месяц-два, и закончит школу. Видно, не созрела пока Настя для любви, для настоящей любви.
Зато сама она интересовала многих.
– Ну и что? – Настя театрально вздохнула и закатила глаза.
Скорее бы отвязаться от этого Германа!
– Как ну и что! – Он искренне удивился.
Ну, конечно же, он наверняка считает себя неотразимым. Думал, она обалдеет от счастья, а тут н а тебе, облом. Насте стало смешно:
– Знаешь, Герман, я очень тороплюсь. Я побегу, ладно?
Все, пора ставить в этом разговоре точку.
– Но как же так! Я хотел...
– Ну не нравишься ты мне. Ты это хотел услышать?
Она повернулась к нему спиной. Не оборачиваясь, быстро зашагала прочь.
– Смотри, пожалеешь... – услышала она вслед.
* * *В тот день домой с работы Александр Макарович вернулся раньше обычного. Не в шесть-семь часов, а в три. Настя встретила его приветливо. Она обещала маме быть примерной хозяйкой в доме, и она сдержит свое слово. Отчим останется доволен.
А он вопреки обыкновению был навеселе. От него слегка попахивало коньяком.
Он разулся, надел тапочки, повесил в прихожей пиджак, снял галстук и прямым ходом направился в кухню. Настя последовала за ним.
Денис был в школе. Александр Макарович уселся на табурет и стал как-то странно поглядывать на нее.
В предчувствии чего-то ужасного непослушными руками она накрыла на стол.
– Там, в буфете, коньячок для гостей. Достань-ка.
– Зачем? – насторожилась она.
– Как зачем? Выпить хочу.
– Но вам же нельзя пить!
– А вот сегодня хочу и буду!
– У вас неприятности? – сообразила она. – На работе?
– Вот именно... – ухмыльнулся отчим. – Но не на работе... Моя неприятность – это твоя мать, крошка моя.
