У Хмурого поначалу все кажется сложным и легальным бизнесом, но это лишь покрытие для масштабных грабежей и коррупции. Внезапно его жизнь переворачивается, когда появляется приказ на ликвидацию. Человек в сером костюме объявляет об этом как о банальном задании, но Хмурый знает, что подступиться к Гаврову — настоящее испытание....
От этих слов Настя вздрогнула:
– Мама? Что с ней?
– С ней-то?.. Да ничего. С ней пока все в порядке... Ты спроси-ка лучше, что со мной..."
"Голос Александра Макаровича перешел на страдающие интонации. Он как-то раскис, стал похож на великовозрастного слюнтяя. Смотреть противно...
– Что с вами?
Он внушал Насте отвращение.
– Что с вами, что с вами... – передразнил он. – Доставай коньяк! Чего стоишь?
Непослушными руками она открыла буфет, достала непочатую бутылку.
– А бокалы?
Нашла она и бокалы, но на стол поставила только один.
– И себе поставь.
– Я не пью. Вы же это знаете... Вы всегда запрещали...
– А сегодня не запрещаю. Сегодня можно. Выпей со мной, крошка!
– Не буду! – Насте хотелось во всем ему перечить.
– Тогда просто посиди со мной за столом. Послушай отца. – Александр Макарович указал рукой на табурет возле себя.
Но Настя присела по другую сторону стола.
Отчим откупорил бутылку, доверху наполнил свой бокал и осушил его до дна. Через минуту повторил. За все это время не проронил ни звука.
Молчала и Настя.
– Ты, дорогуша моя, такая же, как и твоя мать, – заплетающимся языком заговорил он.
Хмель, похоже, ударил ему в голову.
– При чем тут моя мать? – рассердилась Настя.
– А ты волчицей-то на меня не смотри! Не то пожалеешь...
– И что же вы мне можете сделать?
– Я-то? Я многое могу. Я, например, могу оставить тебя без матери. – Глаза Александра Макаровича пьяно блестели.
– Что?! Да что вы такое городите?
– Помолчи, дорогуша! Ты лучше слушай сюда.
– Хватит! Я ничего не хочу больше слышать!
Настя встала, чтобы уйти. В глазах у нее стояли слезы.
– Э-э, нет! От меня так просто не уйдешь! – Отчим перегнулся через стол, поймал ее за руку и водворил на место.
– Ну так говорите же... Только скорее. – Настя кипела от негодования.
– А я и говорю... Мне нужна женщина. Женщина, которую... Как бы это тебе понятнее сказать. Женщина, которую я мог бы положить под себя. – Александр Макарович похотливо облизнулся. – Поняла?.. Мне нужна самка. А твоя мать больна.
