В дверях кабинета стучали, и там ждала Эльвира Алексеевна – женщина скрытная и строгая, а не тот случайный выбор в коридорах, где каждый шаг может стать последним. Все начинается со лжи – маленькой и глупой, но с каждым разом эта ложь становится все больше и больше, затягивая Эльвиру в тоннель неправды....
Похоже, «Всё начинается со лжи» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Не он. Так что заявить на него ты не сможешь. Да я думаю, ты и не собиралась. Иначе вряд ли бы стала с ним… — я развела руками, — ну, ты знаешь.
— Это всё дед, его дед. Ну, конечно, — заметалась она. — Помните, я говорила про него. Он же глава, — и она снова назвала аббревиатуру какого-то ведомства. — Это наверняка он заставил их подменить результаты, чтобы делу не смогли дать ход.
— Да причём здесь дед? — выкрикнула я. — Ты целовалась с Алескеровым как ни в чём ни бывало! На свадьбе! С человеком, который связал тебя, душил.
— Это от отчаяния. Просто от отчаяния, — развернулась она, заламывая руки.
— От какого отчаяния, Юля?!
— Мой бывший парень смотрел на вас так, — покачала она головой. — Я столько лет хотела увидеть такой взгляд на себе. А он… смотрел на вас.
Она сверлила меня глазами.
Да чтоб тебя! А Камиль?! Нет, она и правда была или сумасшедшей, или очень хорошей актрисой. И Павел был прав: найти правду в том клубке лжи, что она ежесекундно плетёт, просто непосильная задача. Но к чёрту её!
— Ждёшь, что я тебе отвечу?
— Да, — усмехнулась она.
— Фу, как некрасиво, — скривилась я. — Девочка, наверно, пострадала.
— Не сильно. Только ходила потом долго к психологу. И у неё там теперь какая-то фобия, из-за которой она сниматься не может. А она была актрисой.
«Совсем как ты!» — так и хотела вставить я.
— Но за лечение заплатил мой отец.
— Вот спасибо, что предупредила.
Сука! Лживая сука! Да твой отец точно знал, что так ты добивалась Верейского.
— Да, и ещё. Ксеньку он тоже трахал, ваш Верейский. Там же, на Антибе, — улыбнулась она. Конечно, гаденько.
Вот же дрянь, а! Ну, дружить я с ней, конечно, и не собиралась. А вот в долгу сейчас остаться было бы нехорошо.
— У тебя всё? — я достала из сумки лист с результатами ДНК.
— Ах, да! Вы же сказали у вас для меня тоже подарочек. Это он?
— Ага. Держи! — протянула я бумагу. — И, если в очередной раз тебе захочется сунуться в жизнь Верейского, в нашу жизнь со своими советами или проблемами, просто вспомни, что я это знаю.
— Что именно? — таращилась она в бумагу.
