В дверях кабинета стучали, и там ждала Эльвира Алексеевна – женщина скрытная и строгая, а не тот случайный выбор в коридорах, где каждый шаг может стать последним. Все начинается со лжи – маленькой и глупой, но с каждым разом эта ложь становится все больше и больше, затягивая Эльвиру в тоннель неправды....
Похоже, «Всё начинается со лжи» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Хоть я и не помнила, как именно мы оказались в подъезде.
— Муж твоей клиентки? — обескуражил меня Константин, поднимаясь позади по лестнице.
— С чего ты…
— Я видел его в клинике. Это на него тогда налетела Матрёшка в коридоре.
О, чёрт! А если и Верейский Костю запомнил — по его лицу ни черта было не понять, — то запомнил и мою девочку.
«Чёрт, чёрт, чёрт!» — про себя ругалась я. И хрен его знает, что чувствовала. Какой-то душевный скулёж. Что вот, он её уже видел, и всё как-то внезапно. А хотелось как-то не так.
В общем, душа томилась как щи под закрытой крышкой, совесть грызла, как мышь корку в углу, а я придумывала какие-то дурацкие сравнения, вместо того, чтобы думать, как вручить Косте свой подарок, и чтобы выглядел он при этом не как прощальный. Не настолько окончательно.
Костя принёс Матрёшке сок с трубочкой, как она любила. И пока помогал проткнуть фольгу, я топталась в дверях, пряча за спиной купленные часы.
Времени у Кости сегодня было в обрез: работа, дежурная смена.
— Прости, что я вчера не пришла. Как посидели?
— Хорошо, — пожал он плечами. — Видел твою подругу.
— Аньку? — догадалась я. Не так уж много у меня подруг.
— Да, в баре. Особо не говорили, она кого-то ждала.
— Надо же! Приехала, коза, и даже не позвонила.
Но к чёрту Аньку, будет желание — объявится.
Я кашлянула и протянула коробку.
— Это тебе. От всех нас. На память.
Матрёшка подскочила с ковра первая, и уже бессовестно вытрясала из деревянной коробки содержимое, когда Костя встал.
— Да не нужно было, Эль, — смутился он. Обнял меня. Тяжело вздохнул. — Я и так вас не забуду.
— И всё же носи, — вздохнула и я.
— Спасибо, — прижался он губами к моему виску, а потом развернулся к Матрёшке. Присел.
— Класивые, — пыталась она примерить мужские туристические часы с компасом, барометром, высотомером и, чёрт его знает ещё с чем на свою руку.
И я могла бы смотреть на это бесконечно: как она пыхтит, Костя улыбается, противоударные часы то и дело падают. Но в дверь позвонили.
Глава 19. Павел
Этого не может быть! Просто не может быть!
Ошарашенный, я так и стоял у машины, хлопая глазами. И чувствовал себя, словно сорвал джек-пот.
