Всё самое плохое в моей сестре — это то, что она чересчур взрослый человек. Умная, решительная и иногда холодная как лед, но все равно заставляет меня задуматься о взрослом мире, который я только начинаю понимать. Книга проникает в мир её души через эмоциональные перепады и шокирующие тайны....
Мои лошади помчались по розовой прерии, Попрыгунчик укатился в темный угол, Уилма выпрыгнула прямо в широко разлившийся океан, Бэйзил заскользил в черных джунглях, Перси стал искать муравьев под туалетным столиком, Полли расправила крылья и взлетела на блестящую черную планету в вышине. Она слегка стукнулась, но, надеюсь, не нанесла планете никаких серьезных повреждений.
— Ну вот, все, наконец свобода, — сказала я. — О’кей, я покажу вам мое последнее приключение Могучей Марты. Вам точно это понравится. Оно переполнено животными — удивительными свирепыми белыми медведями и смешными маленькими пингвинами, — и Могучая Марта спасает положение, как всегда.
Я встала посреди комнаты на колени и стала рассказывать им историю, показывая каждую картинку, причем говорила я разными голосами, рычала, и крякала, и трещала. Я была так поглощена этим занятием, что не услышала, как Мелисса потопала в туалет. Но она меня услышала.
— Ты орешь как настоящий псих, — сказала она, всовывая голову в дверь. И тут же завопила: — Ты что делаешь?! Разбросала свои отвратительные старые игрушки по всей моей комнате!
— Теперь это и моя комната.
— Ты сама тупое чудовище! Положи их назад! — потребовала Мелисса, собирая все игрушки подряд и запихивая их в коробку вверх ногами.
— Прекрати! Ты делаешь им больно!
— Не дури. Как им может быть больно? Это же только старые тряпки и пластик. И скажи на милость, это что такое? — Мелисса схватила бедняжку Перси и уставилась на него.
— Теперь это мой дикобраз.
— Нет, это моя щетка для волос. — И Мелисса схватила Перси и стала отрывать маленькое мягкое тельце от его иголочек.
— Перестань, ты делаешь ему ужасно больно! — закричала я и попыталась остановить ее.
— Не смей ко мне прикасаться! Нам запрещено драться, и тебе это известно, — сказала Мелисса.
— Известно, но мне все равно, — и я толкнула ее.
Это был всего лишь легонький толчок, но Мелисса согнулась и, потеряв равновесие, упала на попу. При этом она задрала голову — и увидела Полли, которая пыталась усесться на покосившейся люстре.
— Ой, нет! Ты сломала мою люстру! Ты ненавистная свинья! — завыла Мелисса. — Мам! Мам, смотри — видишь, что наделала Марти!
— Ты подлая сплетница, — сказала я.
Я надеялась, что мама слишком занята, чтобы прийти и заниматься расследованием.
