Я не поддаюсь этому притяжению. Лучше бы он настолько опьянел, чтобы просто вырубиться на диване. Но он достаточно пьян лишь для того, чтобы забыть, что не пытался склонить меня к сексу с той ночи, когда спал в гостевой комнате. Он достаточно пьян лишь для того, чтобы притвориться, что все у нас не так плохо, как на самом деле, все так же ярко, как раньше.
Грэм наклоняется вперед, хватает меня за талию и усаживает на диван рядом с собой. После пьяного, расплывчатого поцелуя он опрокидывает меня на спину. Мои руки закинуты за голову, а его язык у меня во рту, такой приятный на вкус, что я на мгновение забываю, что он застал меня врасплох. Мгновение превращается в два, и вот он уже задирает мою футболку до талии, а его брюки расстегнуты. Каждый раз, когда я открываю глаза и смотрю на него, он смотрит на меня глазами, такими непохожими на мои собственные, такими далекими от уныния, которое въелось в меня навсегда.
Его внезапное избавление от печали достаточно интригует меня, чтобы позволить ему обладать мной, но недостаточно, чтобы ответить ему с той же страстью.
В начале нашего брака мы занимались сексом почти ежедневно, но именно четвергов я ждала с особым нетерпением. Это был один из моих любимых вечеров недели. Я надевала кружевное белье и ждала его в спальне. А иногда надевала его футболку и ждала на кухне. На самом деле было неважно, что я надевала. Стоило ему переступить порог, и я уже оказывалась раздетой.
В нашем браке было так много секса, что я знаю каждый дюйм его тела. Я знаю каждый звук, который он издает, и что означают эти звуки. Я знаю, что ему больше всего нравится быть сверху, но он никогда не возражал, если оказаться сверху хотелось мне. Я знаю, что он любит держать глаза открытыми. Знаю, что он любит целоваться во время секса. Я знаю, что ему нравится заниматься этим по утрам, но больше всего – поздно вечером. Я знаю все, что нужно знать о нем в сексуальном плане.
И все же за последние два месяца… у нас вообще не было секса. Ближе всего к сексу за это время оказались те несколько минут, когда мы обжимались в ванной в доме его родителей.
С тех пор он не пытался склонить меня к сексу, как и я его. И мы вообще не вспоминали, когда в последний раз занимались сексом.
С тех пор я перестала следить за циклом овуляции, и, честно говоря, это стало большим облегчением. Прошла пара месяцев после того, как я перестала контролировать цикл, и поняла, что предпочла бы вообще больше не заниматься сексом.
