В шоколаде все кажется обычным до тех пор, пока ты не слышишь его голос — безумно знакомый и одновременно страшно неожиданный. Тревожно дрожащий телефон прерывает твой сон, и ты пыталась вернуться в реальность, прежде чем ответить.
– Как видишь, – усмехнулся Лукьянов и добавил:
– Представляю, как ты расстроена.
– С чего это вдруг? – возразила я."
"– А вот это я и хочу узнать. Тон, которым это было сказано, мне не понравился, еще больше мне не понравился подвал и его явная оторванность от внешнего мира.
– Я хочу пить, – сообщила я, чтоб завести светский разговор.
– Придется потерпеть.
– Я по натуре нетерпеливая. Может, мы выберемся отсюда и поболтаем в другом месте, к примеру, в моей квартире? У меня есть коньяк, выпили бы за твое чудесное спасение.
– Это не к спеху. Сейчас мне бы хотелось услышать твою версию происходящего.
– Ну… – Я коснулась ладонью затылка и глухо простонала. – Это ты меня? – Он не соизволил ответить, но и так было ясно. – Господи, как башка-то болит… Ладно. Моя версия такая: конкуренты спятили и подложили в нашу штаб-квартиру бомбу. Ведь это была бомба?
– Ага. И взорвалась в гостинице как раз на втором этаже.
– Как же ты остался жив? – удивилась я.
– Пошел прогуляться. Меня насторожил тот факт, что ты пару часов где-то болталась.
– Э-э, – перебила я, – постой, по-моему, ты перестарался и двинул мне по затылку чересчур сильно, оттого я плохо соображаю.
– Конечно, дорогая. Вот сейчас ты мне обо всем и расскажешь.
Уже в ту минуту следовало понять, что мне здорово не повезло, и приложить максимум усилий к тому, чтобы поскорее скончаться, но соображала я плохо, и его слова поначалу вызвали у меня возмущение.
– Да ты спятил? С чего это мне подкладывать бомбу? Да я в жизни ни одной бомбы не видела…
– Знаешь, – улыбнулся Лукьянов, – всегда есть два варианта: либо что-то сделать, либо нет.
Огонь зажигалки давно потух, и я не видела его лица, но все равно происходящее мне не нравилось, потому что я подозревала: угроза не шуточная.
– Слушай, – начала я, сунулась за сотовым и убедилась, что он исчез, – дай я позвоню Деду. И мы во всем разберемся.
– Зачем нам Дед? Допустим, он пожелает разобраться, но еще вопрос, как долго это желание продлится. Всем известна его большая любовь к тебе.
