В шоколаде все кажется обычным до тех пор, пока ты не слышишь его голос — безумно знакомый и одновременно страшно неожиданный. Тревожно дрожащий телефон прерывает твой сон, и ты пыталась вернуться в реальность, прежде чем ответить.
Я приподняла голову девушки, глаза ее были широко распахнуты, но было ясно: она мертва.
– Что? – проорал мне на ухо Волков, плюхаясь рядом на одно колено.
– Как видишь.
– О черт, выходит, мы опоздали…
– Вызывай своих, – в ответ проорала я и бросилась к кулисам.
– Куда? – рявкнул Волков, но я предпочла сделать вид, что не услышала. Я выбралась в коридор, где тоже бестолково метались граждане, и увидела охранника, с которым разговаривала десять минут назад.
– Давай со мной наверх.
Должно быть, он совсем растерялся от царившей вокруг суматохи, потому что повиновался мне без вопросов.
На втором этаже было тише, но присутствующие, в основном девицы, которые здесь работали, тоже приготовились паниковать, хотя еще толком не знали, что произошло. Откуда-то возник Геннадий Сергеевич, я ухватила его за локоть:
– Где уборная Инессы?
– Вон там, – растерянно ответил он, ткнув пальцем в третью дверь слева, и я рванула туда, торопя охранника:
– Да шевелись ты.
Комната оказалась не заперта, что очень облегчило мне жизнь.
– Пока я здесь, в коридор никого не пускай, никого. Понял? Если надо, пальни для острастки.
– Да у меня и оружия-то нет, – перепугался он.
– Тогда перегрызи врагам горло. Если мне кто-нибудь помешает, считай свою карьеру накрывшейся медным тазом. – Последние слова я уже кричала, захлопнув за собой дверь."
"Комната была маленькой, без окна. В левом углу зеркало и стул перед ним. Справа ширма. Рядом тумбочка. Ее я проверила первой. Масса всякой ерунды и ничего интересного.
– Господи, какая же она дура, – пробормотала я, качая головой. – Неужто она всерьез считала, что это надежный тайник?
Я вскрыла первый конверт: тысяча долларов стодолларовыми купюрами. Я очень удивилась, то есть удивляться тут было нечему, но, выходит, я ошиблась и девчонка просто прятала здесь свои сбережения. Содержимое второго конверта вызвало у меня зубовный скрежет. Знакомый почерк: “Аллочка, котеночек, жду тебя с нетерпением.
