Автор
В этой книге ты окажешься в мире глазами ребенка — там каждый шаг на горке является подвигом и каждое вздохнутое слово родителей заставляет сердце замирать от нежности. "Розовощекий карапуз" снова забирает нас к вершинам детства, где каждый момент — это шоколадный праздничный день....
Снова посыпались комплименты, восхищение моими внешними данными. Я догадывалась о причинах этого внезапно проснувшегося у Зосимова чувства. Похоже, нынче на богатых вдовушек большой спрос. Не зря же он выведывал у меня всю дорогу, какой именно недвижимостью я владею!
Внезапно в дверь постучали. Я пошла открывать.
– О! Марина! Привет.
– Привет, Элеонора. У тебя гости? – Алина прошла в комнату: – Здравствуйте, меня Мариной зовут.
– А меня – Леонидом Максимовичем! – язык у Зосимова уже заметно заплетался.
Алина разделась и села с нами пировать. Далее мы праздновали уже втроем.
– А хотите, сыграем в одну игру! – вскоре предложила Алина.
– Игру-у-у? Какую? – Зосимов тупо смотрел на нее, похоже, он уже не очень хорошо соображал. Он был изрядно навеселе.
– Взгляните, у меня есть хрустальный шарик… Эй, Леонид Максимович, на шарик смотрите! Вот, а я буду считать до пяти. Когда я скажу «Пять!», вы уснете… Раз… Вам тепло…
Зосимову точно было тепло, даже жарко.
– Два… Не думайте ни о чем…
По-моему, Зосимов и так ни о чем не думал – просто был не в состоянии.
– Три… Вам хорошо….
Еще бы! Практически в одиночку бутылку вина выхлестать! И водкой «залакировать»!
– Четыре… Пять!
Зосимов закрыл глаза и, то ли от вина, то ли действительно под воздействием Алининых слов, уснул!
– Ну и что теперь? – спросила Алина.
– Юля, иди к нам! – крикнула я.
С чердака спустилась Юлиана, подошла к спящему Зосимову и посмотрела на него:
– Что будем с ним делать, девочки?
– Расчленить его! И хрюшкам скормить.
– Свиней тебе не жалко? Потравим же их всех таким типчиком ядовитым!
– Алина, давай все-таки спросим его о Юлином ребенке, мало ли… – напомнила я ей.
– Слушай мой голос! – приказала Алина спящему Зосимову. – Отвечай: ты знаешь, кому отдали ребенка Любимовой Юлианы?
Зосимов что-то промямлил, но никто не разобрал, что он сказал.
– Кто-нибудь что-нибудь понял? – спросила Юлька.
– Я поняла одно: гад он! – сказала Алина.
– Для этого не надо было вводить его в транс. И так все ясно.
– Давайте я еще раз спрошу, – предложила Алина.
– Валяй, спрашивай!
Алина повторила свой вопрос, громко и четко. Зосимов опять пожевал губами, почавкал, посопел и вдруг захрапел!
– Привет! И что теперь?
– Девочки, я поняла: он ничего не знает. Значит, Ангелина ему не сказала, чей это ребенок и куда его увезли. Не в курсе он.
