Помятый, небритый, мрачнее тучи. Молча занимает стул у окна и какое-то время наблюдает за моими бесхитростными движениями.
– Ну ты как? – ставлю перед ним чашку горячего кофе.
– Дерьмово, – признаётся, потирая виски.
– Немудрено… Столько выпить!
– Вообще ничего не помню про вчерашний вечер, – сокрушается он. – Расскажешь?
– О том, как ты устроил пальбу в клубе? – иронично вскидываю бровь.
– Да ну ладно, – морщится, усердно напрягая память.
– Угу. Рой сказал, что внесёт тебя и твоего бешеного друга в чёрный список. Цитирую: «К чертям собачьим».
– Ой да-да, – подносит чашку к губам. – Что ещё?
– Поведать тебе о том, как ты напугал Зака, когда мы ехали в машине?
– Поищи того, у кого яйца покрепче, – отмахивается он.
– Брукс… – недовольно смотрю на него и поджимаю губы.
– Онил, без обид. Поло – отличный парень, но в последнее время мне начинает казаться, что он не для тебя.
– Да потому что… Слабоват характером.
– О чём ты? – выкладываю горячие тосты на тарелку.
– Гай слишком много себе позволяет, а Зак не даёт на это никакой реакции.
– Он просто хочет спокойно доработать оставшуюся неделю…
– Как отпустить тебя с ним в Нью-Йорк? Я не уверен в том, что он сможет защитить тебя. Хочешь совет? Может, ну его, этот переезд?
– Зак мне нравится, так что засунь свои советы сам знаешь куда. Каждый из вас прямо-таки считает своим долгом сравнить его с Лероем! – зло отзываюсь я, излишне агрессивно нажимая на кнопку тостера.
– А разве я сказал что-то о Лерое? – недоумённо косится в мою сторону.
– Не сказал, но намекнул, – выкручиваюсь.
– Да? – улыбается уголками губ.
– Отвяжись. Ешь вон свои тосты, – ворчу, вытирая мокрые руки о полотенце. – Орал вчера как припадочный.
– На тему? – принимается хрустеть гренками.
– Требовал Смит. Она мне нужна… бла-бла-бла…
– Ты, кстати, обещала билет.
– Надо же! Это ты помнишь! – хмыкая, взъерошиваю вихры его отросших волос.
– Билет я достану, а ты пока успокойся и поостынь, договорились?
– Ладно… – на удивление быстро соглашается он. – Если будешь звонить кучерявой, скажи ей, пусть как следует прошарит свою страшную жабу.
– Чего? У тебя горячка, что ли? – прикладываю ладонь к его лбу.
– Там внутри ключ от дома, – поясняет, смутившись.
Улыбаюсь. Рид Брукс краснеет! Вот где нонсенс!
– Эй, – сжимаю его пальцы. – Ты молодец. Ясно?
– Да уж, молодец, – повторяет он расстроенно. – Просрать четыре года – это надо ещё постараться.
– Смит написала мне письмо. После того, как я ушёл в армию. Оставила его родителям и попросила передать... А они… за четыре сука года ни разу о нём не обмолвились! Как считаешь, это нормально?
В его глазах блестят самые настоящие слёзы, а я лишь потрясённо качаю головой.
– Они тебе его не отдали? – уточняю в ужасе.