Встреча в ночном клубе сюрпризом кажется обычной вечеринкой до тех пор пока случайный шепот подруги не выдает странного существа за нашей спиной. Мы находимся у барной стойки на Цветном бульваре, где каждый месяц собираются друзья, и вместе с весельем разгорается незримая опасность....
Ещё одна женщина держится за локоть лысеющего мужчины за сорок, ну, и наконец-то, третья персона, облачённая в сверкающее коктейльное платье, стоит рядом с королевой снобизма Мариной.
Я не вижу её лица, но знаю, что это ОНА.
Мне хочется застонать. Ну, как же так?
— Может, они не вместе? — делает нелепое предположение Света, но я её не слушаю, лаская глазами загорелый профиль своего инквизитора. На нём чёрный строгий костюм и белая рубашка, которая идеально контрастирует с загорелой кожей и татуировкой, покрывающей шею.
Сжимаю в ладонях свой фужер, борясь с эмоциями.
Это больно. Всегда так. Я даже не ненавижу его. Сейчас вообще ничего не чувствую.
Будто почувствовав мой взгляд, Благов поворачивает голову, и я отскакиваю назад, наступив Свете каблуком на палец.
— Аааё! — орёт она, подпрыгивая.
Морщится, превращая лицо в одни сплошные складки.
— Что будем делать?.. — спрашивает подруга, массируя рукой выступающие из босоножки напедикюренные пальчики.
Смотрю на собственные ноги, обутые в потрясающие золотые шпильки с ремешками вокруг лодыжек, на которых болтаются милые пушистые кисточки. Из всей Светиной коллекции эти мои самые любимые. Они мне великоваты, поэтому пришлось подложить силиконовую стельку…
— Ты выглядишь отпадно, — тихо говорит подруга, взбивая рукой мою укладку.
Смеюсь сквозь слёзы и шепчу в ответ:
— И клатч?
— Не борзей, — ржёт она. Смотрит на меня с материнской нежностью и добавляет. — Он очумеет, когда тебя увидит, ДУРАК НАБИТЫЙ.
Фыркаю, и неуверенно провожу ладонями по атласной струящейся ткани. Платье настолько откровенное, что я боялась выйти из Светиной квартиры. Думала, на меня все будут таращиться. Кроваво-красное в бельевом стиле. Тонкие бретельки, разрез до середины бедра, и на мне нет лифчика.
Но, здесь такое количество роскошных женщин, что до меня никому нет дела.
— Хочу…танцевать… — хрипло объявляю я, чувствуя себя немного пьяной и опустошённой.
Может это извращение, но я не хочу уходить. Не хочу бежать в свой угол и страдать там в одиночестве, как все эти три недели.
