Встреча в ночном клубе сюрпризом кажется обычной вечеринкой до тех пор пока случайный шепот подруги не выдает странного существа за нашей спиной. Мы находимся у барной стойки на Цветном бульваре, где каждый месяц собираются друзья, и вместе с весельем разгорается незримая опасность....
Так что это не то чтобы очень большой подвиг.
Паша смотрит на меня вопросительно.
— Я могу на метро… — заверяю их обоих.
— Угу, на жопе надувной, — буркает он и кричит брату. — К восьми будь готов.
Провожаю Егора взглядом. Через минуту слышу, как захлопнулась входная дверь. Спрашиваю Пашу, хмурясь:
— Что, вы меня теперь каждый день возить будете?
Он подаётся вперёд и обнимает рукой мою талию. Ставит стакан на пол, прижимаясь лицом к моему животу. Целует его со словами:
— Не знаю, Кать…с тобой лучше подстраховаться…ещё, бл*ть, под поезд свалишься…
— Что за бред?.
— Это меня больше всего пугает… — перебивает он. — Как ты там жила…без меня…
Опять этот ком.
Давит на горло.
Предательский.
Я жила лишённая чувств.
Как в стазисе.
Плакала ночами. Иногда. Скучала по нему. Особенно первое время. Ужасное было время.
— Я…ну…по-разному… — шепчу, закрывая глаза.
Он задирает мою футболку одной рукой и целует мой пупок, прикусив кожу.
Меня шатает.
— Почему не носишь серёжку?.. — хрипло спрашивает Паша, накрывая ладонью мою голую грудь под футболкой.
— Ох… — выдыхаю, запрокинув голову.
Он обводит большим пальцем мой затвердевший сосок, и я накрываю его руку своей через ткань.
Глаза наполняются слезами, и я сжимаю губы, чтобы не расплакаться.
— Где она? — шепчет он, цепляя пальцами мои шорты вместе с трусиками.
У меня по щеке катится слеза, пока он медленно стягивает их с меня.
Он помнит.
Шесть лет назад он подарил мне золотую серёжку для пупка.
Золотая серёжка с маленькой бриллиантовой звёздочкой.
Аккуратная и такая красивая.
Его ладонь скользит по внутренней стороне моей ноги. От лодыжки до бедра. Пальцы касаются меня между ног, вызывая дрожь во всём теле.
Я сейчас упаду.
Паша шумно выдыхает, обнаружив, насколько я мокрая. Я такая с тех пор, как поймала на себе его взгляд. Ему даже не нужно меня касаться, я всегда его хочу.
— Кать?.. — сипловато зовёт он, осторожно проталкивая в меня два пальца.
Раздираемая эмоциями, отскакиваю от него, подхватывая шорты и возвращая их на место.
Стирая со щёк слёзы, быстро топаю на кухню. Замираю перед рабочей поверхностью, хватая сразу три розы. Сдерживая себя, осторожно луплю молотком по их кончикам.
Я не хочу ничего вспоминать. И про эту серёжку тоже.
Это было ужасное время. УЖАСАЮЩЕЕ.
