Автор
В гневе и ярости, героиня решает продемонстрировать измену богатому бизнесмену в его ресторане. Ее жестовой акт настолько ошеломляет окружающих, что посетители даже боятся заставлять ее уйти под руки из-за угрожающего взгляда и прямого приказа охранника.
На улице делаю вдох. Проходя мимо тёмного джипа, бросаю презрительный взгляд на него. Раз не вышло на Богачёва. Всё насмарку! Весь боевой настрой. Может быть, это какой-нибудь знак? Что не стоит нам видеться с ним…
Приближаюсь к своей иномарке. На стекле вижу тельце жука. Он вернулся! И сел, но на этот раз с моей стороны. Не оставил мне шанса уехать отсюда, не проделав опять процедуру его переправки в зелёный газон.
Глава 35
Когда он её бросил… Когда он уехал. Я был очень рад! Я предвидел такое развитие их отношений.
"Вот только моя Виталина хотел покончить с собой. Она убеждала, что мне показалось! Но только я думал потом сотню раз… Что бы случилось, приди я туда всего парой секундочек позже? Загляни я на крышу не в этот момент, а потом…
Я ходил к ней, носил апельсины. Только Вита меня прогоняла.
Как-то раз я дождался, пока её мама вернётся с работы. Караулил в подъезде.
— Анфиса Павловна! — окликнул, когда промелькнула знакомая тень.
— О, Господи! Костя? — она испугалась, прижала ладони к груди.
Я выдавил:
— Ой, извините! Не хотел вас пугать.
Она поманила:
— Идём! Напою тебя чаем. Виточка будет тебе рада.
— Вы думаете? — я покачал головой, — А вот я сомневаюсь.
Анфиса Павловна шумно вздохнула. А я проронил:
— Она на учёбу не ходит, совсем, — а уж после подумал, а знает ли мать? Может, зря я сказал?
Но та только хмуро кивнула:
— Да, Костя.
Витка пошла в аспиранты. Я обещался во всём помогать. Но теперь, очевидно, с учёбой было покончено?
— Она заболела? — спросил. А у самого аж кольнуло в груди от предчувствия.
Виткина мама задумалась:
— Ты знаешь, — сказала она, — Можно и так сказать.
Я ухватился за это:
— А чем? Что случилось? Простыла, наверно?
«Немудрено», — про себя подумал, — «Стояла на крыше без шапки в мороз».
Пакет апельсинов в руках шелестел. Там ещё была шоколадка! Любимая Витой «Алёнка». И книга, любовный роман.
— Ой, Костенька, — Анфиса Павловна так прикусила губу, что та побелела. Она была женщиной очень эффектной, высокой и стройной. А волосы стригла всегда под каре, сколько помню её, — Даже не знаю, стоит ли тебе говорить о таком, — прошептала она.
Моё сердце забилось сильнее.
