Но посчитала, что лучше не вмешиваться и позволить тебе совершить это дурацкое похищение. Не знаю почему. Возможно, я должна была оказаться здесь, с тобой, чтобы помочь. Или, возможно, мы действительно должны быть вместе и это наш путь к совместному будущему. Я понятия не имею, что будет дальше. Вот и ты не можешь знать, что бы случилось, если бы всё сложилось иначе.
− Твоя рассудительность меня неизменно поражает, моя мудрая принцесса, − с нежностью улыбается мой мужчина, обхватив мой затылок и прижавшись своим лбом к моему. — И знаешь, я рад услышать, что твоя родственница ведьма тоже предвидела, что я буду твоим избранником.
− Ты неисправим, − фыркаю и мои губы тут же оказываются в ласковом плену.
− Да. Я неисправимо пленён тобою с первого мгновения, как увидел там, во внутреннем дворике дворца Корима, − шепчет Янгмар, осыпая моё лицо нежными поцелуями.
И снова я попросту не могу устоять, отвечая ему с такой же страстью.
Полчаса пролетают незаметно. Однако мы успеваем обсудить и наши подозрения, и предположения, и план дальнейших действий.
Так что, когда в кабинет стучат и на пороге появляется ходо Хайкон, мы уже готовы к тому, чтобы выспросить у бедняги Кастеляна всё, что ему известно.
− Проходи, Хайкон, − приветственно кивает Янгмар. — Астрид.
Я к этому моменту уже перебралась в кресло у окна. У меня в руках книга. На лице расслабленный отсутствующий вид человека, полностью погружённого в увлекательное чтение. Но на самом деле я впервые с тех пор, как научилась это делать, практически полностью погружена в эмпатический транс, чётко улавливая и анализируя мельчайшие оттенки чувств находящихся поблизости людей. Всех, кроме Янгмара. Он по-прежнему надёжно закрыт от меня. И сейчас я ему за это неимоверно благодарна.
Сутулящийся кастелян проходит в кабинет, дочь за ним. Ходо кивает девушке на единственное кресло для посетителей и та несмело садится на самый краешек.
Они оба буквально укутаны удушающим коконом из тяжёлых мрачных эмоций. И я принимаюсь неспешно разбирать их, распутывать по ниточке, определяя кому что принадлежит.
Странно. Раньше у меня не получалось действовать так отстранённо. Не получалось настолько абстрагироваться. Надо разобраться, что во мне изменилось. Но это потом. Сейчас важны эти люди и то, что их чувства могут мне рассказать.
− Вы хотели с нами поговорить, ярг? — нерешительно спрашивает кастелян, бросая на меня слегка удивлённый взгляд.
− Да. У меня к вам появились новые вопросы.
Разговор затянулся на пару часов.
