А теперь вот, она из-за него тоскует.
− Извини. Вырвалось. Глупая шутка, − улыбаюсь виновато.
− Да нет, всё нормально, − пожимает плечами Ники. — Ладно, не буду тебя задерживать. Расскажешь потом, что случилось.
И она прячется обратно в свою комнату.
Нет, это просто невыносимо. Никогда ещё моя близняшка не была такой несчастной. Надо с этим что-то делать. Сегодня же вытрясу из неё всю правду и помогу им помириться. Знаю ведь, что и Азим этого хочет.
Но сначала поговорю с родителями. Интересно же, что у них стряслось.
По пути в покои, занимаемые моими родителями, мне действительно никто лишний не встречается. Так что вскоре передо мной уже открывают большие двустворчатые двери, пропуская в просторную светлую гостиную.
Родители ждут меня, устроившись в обнимку на одной из кушеток. Папа без камзола и с расстёгнутым воротом рубашки выглядит расслабленным и даже умиротворённым. Видно, что этот визит для него стал возможностью отдохнуть от нескончаемых государственных дел. А мама и вовсе кажется юной девушкой в ярком босварийском платье и с распущенными волосами.
− Милая, вот и ты, − улыбается она, как только я переступаю порог. Выбирается из объятий мужа и поспешно направляется мне навстречу, чтобы заключить в нежные материнские объятия. — Доброе утро, солнышко. Как у тебя дела? — чмокает в щёку.
− Доброе утро. Хорошо. А у вас? — отвечаю на объятие.
− И у нас. Проходи. Будешь чай?
− Не откажусь, − улыбаясь, иду к отцу, чтобы и его обнять.
За минувшую неделю я с ним виделась только вечерами на официальных мероприятиях. Как и с младшими братьями, кстати. Для Рикарда и Дастиана визит в Босварию тоже стал своеобразными каникулами, тем более, что на коронацию приехали и сыновья герцога Гиерно, с которыми мои братья дружат с детства. Так что у них образовалась своя весёлая компания, к которой присоединились и другие королевские отпрыски, в том числе и несколько юных принцесс. В общем, ребята не скучали. Не то что мы с Николь.
− Так что вы хотели со мной обсудить? — спрашиваю усевшись на диванчик напротив отца. Мама, разлив по чашкам чай, снова устраивается рядом с супругом.
− Мы хотели бы услышать от тебя, как ты относишься к яргу Янгмару Торнгару? — без обиняков интересуется папа. Он по-прежнему выглядит расслабленным, но взгляд теперь излучает пристальное внимание.
− К яргу… а почему ты спрашиваешь? — невольно хмурюсь. Не ожидала я такого вопроса. А, наверное, следовало. Родители же видели, сколько тот мне внимания уделял.
