Из зимнего солнца вырывается жестокий ветер, как будто уничтожая все вокруг. Усталая старушка летит по асфальту, словно светлая тень на холщевом пальто и деревянной тростке, которая кажется не просто средством для держания равновесия, но и залогом ее жизни в этом мире.
Два дня Агатка пропадала в суде, и мы с ней почти не виделись. В пятницу она собралась в славный город Плес в компании коллег-адвокатов, там затевался то ли семинар, то ли дружеская попойка. Милостиво звала меня с собой, но я отказалась. Вернуться должна была только в воскресенье вечером, и я настроилась на тоскливые выходные.
В последний рабочий день недели Агатка ушла рано (выезд был назначен на 14.00), в шесть смылись девчонки, я же, рассудив, что дома занять себя нечем, трудилась с утроенным рвением, наверстывая упущенное.
— У меня возникло непреодолимое желание тебя увидеть.
— Неужто не запасся девушкой на вечер?
— А ты догадливая, — засмеялся он. — На улице холод, все красивые девушки куда-то попрятались. Вот я и вспомнил о тебе. Давай отметим благополучное завершение нашего сотрудничества. Надевай красивое платье, сапоги на шпильках, будешь демонстрировать мне свою убойную походку.
— Больно надо… Я на работе, и нет у меня ни платья, ни шпилек.
— А сестрица твоя тоже там?
— Сестрица в Плесе.
— Так это ж здорово. Сейчас заеду за тобой, и отправимся пьянствовать. Ты мне нравишься, даже когда одета, точно пугало. — Он заткнулся, а я направилась к зеркалу. Придирчиво себя оглядела. Вот скотина… вполне приличный костюм. Ладно, я тебе покажу пугало…
Берсеньев явился через пятнадцать минут, видно, пасся где-то рядом.
— Заедем домой, — буркнула сердито.
— Любой каприз, я сегодня добрый.
В квартире я предложила Берсеньеву занять себя чем-нибудь в кухне и пошла готовиться к выходу в свет. Мой гардероб подвергся тщательному осмотру. Спасибо сестрице за новое платье! Быстренько соорудив подобие прически, я достала косметичку, которой пользовалась редко и неохотно, и за десять минут нанесла боевую раскраску.
— Ну?
Берсеньев прикрыл глаза рукой и тенорком пропел:
— Ослеплен. Насчет пугала я погорячился, на самом деле ты красавица."
"— То-то же, — кивнула я и направилась в прихожую.
Подскочивший Берсеньев с низким поклоном подал мне пальто.
— Все мои знакомые лопнут от зависти, — продолжал болтать он. — Если, по милости божьей, доведется с кем столкнуться сегодня.
