Вскрытие показало... Улицы покрылись водными полотнами, а игровые площадки превратились в затопленные болота. Я забрела под звуки капели с шиферной крыши и увидела сумрачный сон — белое нечеловеческое лицо сквозь иссеченный дождем стекло.
Потом, и это произойдет нескоро — когда дело будет закрыто, когда Эбби придет в себя, смирится со смертью Хенны, — она узнает правду. Она узнает о ноже, помоги ей Господь.
— Это все? — с сомнением спросила Эбби.
— Да, пока все. Примите мои соболезнования. Мне очень жаль Хенну.
Эбби еще какое-то время курила, затягиваясь нервно и коротко, точно забыла, как это делается. Она кусала нижнюю губу, стараясь унять дрожь.
Наконец она решительно посмотрела на меня. Ее глаза беспокойно бегали.
Эбби знала, что я позвала ее не только для того, чтобы сообщить о повреждениях на теле сестры.
— Вы ведь не для этого мне позвонили?
— Не только для этого, — прямо ответила я.
Мы помолчали.
В кабинете сгущалась атмосфера негодования и гнева, исходящих от Эбби.
— Что вам от меня нужно?
— Я хочу знать, что вы собираетесь делать.
Глаза Эбби сверкнули.
— А, понятно. Вас беспокоит собственная шкура. Господи боже! Вы такая же, как все!
— Моя шкура как раз меня не волнует, — мягко произнесла я.
Мои слова повергли Эбби в замешательство, глаза ее снова забегали.
— Я понимаю, почему вы так разгневаны.
— Ничего вы не понимаете!
— Понимаю, и лучше, чем вы можете себе это представить. — Перед глазами у меня возникло лицо Билла. Я, как никто, могла разделить чувства Эбби.
— Нет, вам меня не понять! Меня никто не способен понять! — воскликнула журналистка.
— Эбби, я знаю, что вы хотите лично искать убийцу вашей сестры, — уверенно произнесла я. — Не делайте этого.
— Кто-то же должен этим заняться! — закричала Эбби. — По-вашему, я должна утешаться, глядя на работу этих сраных копов?
— Есть вещи, с которыми лучше справятся полицейские.
— Не надо меня поучать!
— Да кто вас поучает?
— Я поступлю так, как сочту нужным…
— Нет, Эбби, так нельзя. Подумайте о вашей сестре. Сделайте это для нее.
Эбби уставилась на меня пустыми от боли и красными от слез глазами.
— Я обратилась к вам, потому что я затеяла опасное дело. Мне нужна ваша помощь.
