Вскрытие показало... Улицы покрылись водными полотнами, а игровые площадки превратились в затопленные болота. Я забрела под звуки капели с шиферной крыши и увидела сумрачный сон — белое нечеловеческое лицо сквозь иссеченный дождем стекло.
Никаких конкретных доказательств у меня нет.
— Опять эта чушь — типа маньяк придурок, типа он из низов. Работает мойщиком машин, сантехником и черт знает кем еще. Запомните, я так не считаю.
— Пит, успокойся. — Уэсли едва сдерживался.
— Я отвечаю за расследование — и я же должен читать чертовы газеты, чтоб быть в курсе?!
— У нас тут проблема посерьезнее, — перебил Уэсли.
— Ну, что еще стряслось?
Мы обо всем рассказали Марино.
Мы рассказали ему о телефонном разговоре с сестрой Сесиль Тайлер.
Марино слушал внимательно, гнев в его глазах постепенно уступал место недоумению.
"Мы сказали, что у пяти убитых женщин определенно была одна общая черта — голос.
Я упомянула о допросе Мэтта Петерсена.
— Если мне не изменяет память, Мэтт рассказывал, как познакомился с Лори. Это произошло на вечеринке. Помните, он описывал голос своей будущей жены? Он говорил, что у Лори было контральто очень приятного тембра, что стоило ей раскрыть рот, как все вокруг замолкали и слушали только ее? Мы полагаем, что маньяк выбирает жертвы именно по голосу.
— Нам это и в голову не приходило, — добавил Уэсли. — Сразу почему-то представляется психопат, который сначала замечает жертву, все равно где — в магазине, в автомобиле, в окне. Как правило, телефонный разговор, если он вообще имеет место, происходит после того, как преступник увидел жертву. Он может позвонить, чтобы прислушаться к ее голосу и начать предаваться сексуальным фантазиям, но прежде он должен узнать, как она выглядит.
— Да, это существенно сужает круг подозреваемых, — съязвил Марино. — Нам всего-то и осталось, что выяснить, были ли номера телефонов и адреса убитых в муниципальной базе данных.
— Улавливаешь, Пит, — пробормотал Уэсли.
