Вскрытие показало... Улицы покрылись водными полотнами, а игровые площадки превратились в затопленные болота. Я забрела под звуки капели с шиферной крыши и увидела сумрачный сон — белое нечеловеческое лицо сквозь иссеченный дождем стекло.
— Может, изменить все доступы и выдать новые пароли, ну, для безопасности?
— Пока не надо, — ответила я машинально. — Просто не будем вносить дело Лори Петерсен в базу данных. Этот тип, кто бы он ни был, не получит секретную информацию.
Я поднялась.
— В этот раз у него ничего не вышло.
Я похолодела от ужаса. Да что она такое говорит?
Маргарет медленно заливалась румянцем.
— Я хотела сказать, может, он уже пытался проникнуть в базу данных, только я об этом ничего не знаю, потому что копий не было. Все эти команды, — Маргарет ткнула пальцем в распечатку, — копии команд, которые этот тип набирал на компьютере.
Мы с Маргарет обернулись одновременно.
Роза дождалась, пока я выйду в коридор, и доложила:
— На первой линии судмедэксперт из Колониал Хайтс, на второй — следователь из Эшленда, и только что звонила секретарша спецуполномоченного…"
"— Что? — перебила я. На самом деле я уловила только последние слова Розы. — Секретарша Эмберги звонила?
Роза вручила мне несколько розовых стикеров и изрекла:
— Спецуполномоченный хочет с вами встретиться.
— Господи боже, для чего? — Если Роза снова скажет, что подробности я должна узнавать сама, я за себя не ручаюсь.
— Не знаю, — без зазрения совести ответила Роза. — Его секретарша мне об этом ничего не говорила.
6
Я просто не могла сидеть на месте. Пытаясь успокоиться, я мерила шагами кабинет.
Кто-то взломал мой компьютер, и Эмберги назначил мне встречу менее чем через два часа. Ясно же, что он не на чай меня пригласил.
Однако пора было и делами заняться.
Бюро судебной медицины представляет собой нечто вроде пчелиного улья: здание разделяется на множество комнаток-лабораторий, а по коридорам снуют люди в белых халатах и пластиковых защитных очках.
Я проходила мимо открытых дверей, и коллеги кивали и улыбались мне, не поднимая голов от работы.
