Название книги "Вставай, иди и умирай" — это черная мелодия из песни о войне. В этой книге страшной фантастией становится реальность, где обычные события могут спровоцировать крайние меры. Пролог: "Там, на дороге мины", — эти слова становятся отправной точкой для беспримерного приключения, где герои оказываются в безвыходном положении между жизнью и смертью....
— Ну как⁈ Как, вашу мать, получилось так, что дети вместо того, чтобы стать космонавтами и учеными, захотят стать банкирами-бандитами, а девочки — проститутками?!!»
Киборгину захотелось рвать всех виновных голыми руками и зубами. Как же ему захотелось в этот момент телепортироваться в это политбюро с автоматом наперевес и положить этих старых ублюдков одной очередью.
— А лучше бомбу туда… пятитонку… даже две… да чего мелочиться? Десять бомб, чтобы в пыль и пепел все! В труху!
«Ведь такой потенциал просрали своей некомпетентностью и просто дуростью… — вернулся он к старым мыслям после того, как немного отдышался и успокоился.
Анатолию стало невыносимо грустно. Ему действительно было очень жаль, что социальный эксперимент по получению нового советского человека с треском провалился. Ведь эти люди могли горы свернуть. А что в итоге? Над всем довлеет Золотой Телец, люди гоняются за всяким техномусором типа хрен знает какого по счету «айфона» словно без него они неполноценные, а в душе пустота. Нет глобальной цели, а без цели, человек постепенно деградирует до животного уровня, ибо если твои главные потребности имеют лишь примитивный животный характер: пожрать, поспать, да потрахаться, то ты и есть животное.
«Ушла чистота. Ну разве можно в будущем в принципе представить ситуацию, когда нормальная мать позволит присмотреть за своим ребенком совершенно постороннего человека, отдаст его в буквальном смысле первому попавшемуся? Да она скорее обосрется, но не доверит свое чадо никому, подозревая в каждом встречном-поперечном извращена-маньяка», — подумал он.
И тут Анатолия словно обухом по голове ударили.
— Маньяки! Как же я забыл об этих тварях⁈
— Кто это? — спросил Юра.
— А-а… Э-э… М-м-м… Да так, не бери в голову. О! Вот и мама твоя идет! — с облегчением воскликнул Киборгин, так и не придумав, что соврать мальцу.
— Ой! Еще раз спасибо, что посидели с ним!
— Да не за что.
